Миллионы не моего отца

Это был особый, предупреждающий страх несмелого человека, доводящий до тошноты при мысли о предстоящей схватке.

* * *

– Ну что, задрот столичный, как будешь бабло отдавать? – осененное недоброй курносостью лицо Бавыкина лыбилось, обнажая ряд ровных зубов, серо-желтых от кариеса и табака. Дмитрий уже разбил Вадиму губу, прошелся по ребрам и сейчас размышлял, подбить ему глаз или сразу сломать нос. Последнее хотя и было б Бавыкину приятно, но могло поставить крест на дальнейших истязаниях.

Бавыкин любил ставить людей на место.

Место человека он определял по собственному внутреннему убеждению. Вадим, по его убеждению, на свое место еще не отлетел.

Бавыкин снова был у Вадима дома. В прошлый раз, воспользовавшись невнимательностью Вадима и царившим в квартире беспорядком, он утянул с коридорной тумбочки связку ключей, так что звонить в дверь ему не пришлось.

Сегодня истек срок, который был щедро предоставлен Вадиму провинциальными кредиторами, поэтому Бавыкин был снова здесь.

Так как Бавыкин еще раньше разузнал адрес квартиры родителей, Вадим больше не видел смысла там скрываться. Да и родителей он подставлять не хотел.

Вернувшись в квартиру на Большой Декабрьской, Вадим рассчитывал, что в случае визита Бавыкина просто ему не откроет. Шум Бавыкин устраивать не будет, потому что дом не из бедных – соседи тотчас вызовут полицию, а Бавыкин вряд ли хотел здесь видеть своих коллег.

Но все-таки опасения были, и чтобы их заглушить, Вадим попросту напился.

Таким, погруженным в нетрезвый сон, Бавыкин и застал его и тотчас пристегнул его руку к ножке дивана.

Нависая над сидящим на полу Вадимом, Бавыкин понимал, что денег сегодня он едва ли получит, и стремился получить хотя бы моральное удовлетворение. Проблема была в том, что Вадим не понимал, что такое Бавыкин. Этот изнеженный молодой москвич, кажется, никогда не лишался денег на школьные завтраки, не скрывался от хулиганов по подворотням, не стоял под ударами отца-алкаша или армейских старослужащих.

Он также не попадал к ментам, за исключением одной короткой поездки в автозаке с либерального митинга, заснятой на видео и трехминутным роликом выложенной в инстаграм. У Вадима не было опыта столкновения с насилием, потому сейчас на Бавыкина он смотрел растерянно и изумленно, как на стихийное бедствие или фонарный столб, в который влетел его автомобиль. «Совсем страх потеряли», – негодовал Бавыкин. С Вадимом ему было сложно.