Миллионы не моего отца

Лишь следы временного, короткого пребывания были оставлены здесь: томик Франца Кафки на прикроватной тумбочке, забытая на консоли губная помада; свитер, который, вероятно, не поместился в чемодан. Стены цвета чайной розы, шторы майской зелени должны были замкнуть в себе идеальный девичий мир и были полны меланхолии без своей хозяйки.

Здесь же обнаружился стационарный компьютер, и Вадим решил начать с него. «Только бы не запаролен, только бы…», – молился Вадим, и на этот раз повезло. Вадим судорожно начал просматривать последние сохраненные файлы, – и вот, среди немногих документов на рабочем столе маршрутная квитанция на самолет!

Вылет из Москвы одиннадцатого марта этого года, прибытие в Баден-Баден в четырнадцать с половиной часов.

«Что это – конечная цель путешествия или пересадочный пункт?»

Вадим забил в строку поиска «Баден-Баден», и вуаля – целая папка с таким названием! Создана три года назад и только фотографии в ней. Значит, Лиза бывала в Баден-Бадене раньше.

И не только она – на фото и ее отец, и человек, которого Вадим знал по семейным шашлыкам Смирнова – Виктор Мещерский. Старая архитектура Бадена, игрушечная помпезность, открыточный лоск, улыбающаяся Лиза в кадре, – «и почему она не любила вести инстаграм?», – и дом, несколько раз один и тот же двухэтажный особняк серого камня, с боссажем на углах и балконной балюстрадой, и здесь же Смирнов, Мещерский, Лиза. Наверняка, были и шашлыки.

«Отец полетел в Баден-Баден, к Виктору Александровичу, – вспомнилось вдруг Вадиму голосом Лизы. – Конечно же, ведь Мещерский в Баден-Бадене жил! Его в России было не застать. Так значит, Лиза сейчас в его доме? Обратный рейс на самолет у нее восемнадцатого апреля. Пока не поздно, надо лететь в Баден-Баден и искать ее там!»

* * *

Вадим даже на это не надеялся, но Бавыкину удивительно быстро сделали шенгенскую визу в абсолютно чистый паспорт, а еще Бавыкин по своим каналам пробил, что Елизавета Георгиевна Смирнова Российскую Федерацию покинула одиннадцатого марта этого года и обратно не возвращалась.

Бавыкин был полон решимости отыскать Лизу за бугром.

«Не хочет отпускать меня – боится, что сбегу, – кусал Вадим локти. – А я бы и сбежал: только бы с Лизой все уладилось, и тогда я пошлю Бавыкина к черту. Что он сделает мне? У Лизы столько денег, что она придумает, как избавить меня от него.