Мистика. Рассказы

Кто бы мог подумать, что из полыни будут делать напитки и подавать господам!

– Я слышал, что изначально его делали как лекарство, – Осип Бричкин придвинул свою рюмку поближе к рюмке Аристарха Мефодьевича и от возбуждения слегка облизал губы, словно ребенок, в ожидании обещанного медового пряника.

Мужчины выпили одновременно, не сговариваясь, и Осип, слегка осмелев, глядя в глаза своему дяде, произнёс: «Не будете ли вы любезны, дядя, ссудить мне несколько банковских ассигнаций?»

– А что так?

– Госпожа Софья Андреевна меня пригласили вечером помузицировать на их фортепиано.

– Софья Андреевна? Та милая барышня, что была на ипподроме?

– Они-с самые…

– Конечно-конечно, ради такого дела я тебе дам. И не в долг, а как небольшой презент. Но с одним условием…

– С каким? – голос у Осипа Бричкина дрогнул.

– Как разучите пару песен, не забудь меня пригласить на венчание! – Аристарх Мефодьевич громко засмеялся, а его племянник густо покраснел.

– Мы только помузицировать собирались, честное благородное…

– Ну, будет, будет тебе. Я тоже был молод и не такие истории придумывал. На вот, держи! – Аристарх Мефодьевич положил перед племянником пару банкнот с портретом императрицы. – И больше у военных в долг не проси, они сами в долгах как в шелках. Как его…

– Капитан Мартынов, – пробормотал Осип.

– Он самый! Нашему бакалейщику тыщу в карты продул, и сам не знает, у кого одолжить. Так что на будущее: если нуждаешься, то сразу ко мне.

Осип Бричкин быстро откланялся и с лицом, преисполненным благодарности и счастья, поспешил в магазин госпожи Васильевой, чтобы там купить коробку самых дорогих французских конфет и бутылочку вина.

Как всякий уважающий себя молодой человек, он знал, что для того, чтобы хорошо сыграть вдвоем на фортепиано, перед этим обязательно нужно отведать шоколада с вином. Иначе вместо партии в четыре руки можно этим вечером остаться не у дел и снова проводить время в полном одиночестве.

Секреты рецептуры

– Кого я вижу! Акакий Акакиевич! Дорогой вы мой, сколько лет, сколько зим! – Аристарх Мефодьевич выскочил из-за стола, словно его ужалила оса, и вприпрыжку побежал к главному входу, так как там, рассматривая китайского императорского льва из мрамора, стоял не просто начальник сыскной полиции, а его друг детства и юности.