Долгий солнечный день

– Вот этой хреновиной, кажется, – Лин раздраженно пнул какую-то железку. – Кто же знал, что там столько всего, и что люк ни черта не закреплен? Ну кто так делает, а?

– Бывшие хозяева, видимо, – подсказал Саб. – Так, пошли вниз. Сперва дырку обработаем, потом принесем это всё, и будем разбираться.

* * *

Часом позже все с немалым интересом разглядывали трофеи, с боем добытые у найденного тайника, разложив их на полу террасы. Часть вещей оказалась знакомой, или смутно знакомой – Пятый, например, опознал альпинистское снаряжение, которого в груде было немало.

Крючки, кошки, веревки, специальный водонепроницаемый фонарик. Другая часть, несомненно, имела отношение к геологии – у Эри недоумение вызвали молотки, коих в груде имелось штук десять, и все были разные. Так же отыскались колышки для палаток, котелки, сковородки, все с явными следами употребления, старые и мятые.

А вот другие предметы вызывали недоумение. Например, «штуковина», которая напала на Лина, представляла собой продолговатый, весьма увесистый цилиндр, из которого высовывался заостренный стержень.

Ну как, заостренный. Не острый, конечно, но сделанный со скосом. На приборе имелась шкала, которая невесть что обозначала.

Или – цельнометаллическая коробка с тремя рукоятками, к которой припаяна медная трубка с неизвестным содержимым. Тяжелая коробка, если потрясти, внутри слышны звуки, словно в ней перекатывается пара тяжелых гаек.

Или – ещё один цилиндр, только стоящий на треноге. В отличие от самодельной коробки этот цилиндр был фабричного производства, на нем даже табличка имелась, с надписью «М-17».

Далее следовали приборы, в которых Эри опознала осциллографы, их было больше десятка. Очень старые, сказала Эри, я видела такие когда-то, и эти очень старые и примитивные.

Кроме вышеперечисленных вещей в куче находились и всякие мелочи, назначение которых оставалось загадкой. Коробка с камнями, на каждый камень приклеена бумажка с номером. Пакет с репродукциями картин, точнее, кусками репродукций, наклеенных на картон.

Пробирки с песком, в стойке, половина разбита и отсутствует, остались только бумажки с номерами. Ещё одна коробка, в которой бесчисленное количество маленьких пакетиков. И так далее, и тому подобное.

– Хлам, – констатировал Саб. – Рыжий, голова не болит?

– Нет почти, – отозвался тот. – Саб, это не хлам, ты же видишь.

Саб и сам видел, что не хлам, но счел нужным поддержать игру в агентов – раз уж попросили, пожалуйста.