Долгий солнечный день

Просидеть всю жизнь взаперти не получится, хотя это, конечно, гораздо проще, что и говорить. Но ладно, побудь пока что дома, так уж и быть.

На четвертый день сидения дома, закончив с посадками (укроп, редиска, петрушка, кинза, и кабачки), а так же с цинниями (пока что в деревянных ящичках, на террасе), Пятый понял, что заняться ему нечем. Совсем нечем. Остальные отправились на прогулку, он снова был один. Посидел на крыльце, выкурил сигарету, о чем-то размышляя, а затем отправился в сарай, откуда вышел со старым, ржавым гвоздодером.

…Вернувшиеся двумя часами позже Эри, Лин, и Саб обнаружили, что Пятый за время их отсутствия успел многое. Стол, стулья, подоконники, на которых не стояли ящички с рассадой, и даже частично пол – всё это покрывали новые папки, гораздо лучшей сохранности, и даже почти не пыльные. Пятый, взмокший и уставший, тащил со второго этажа ещё с десяток папок.

– Последние, – сообщил он, грохнув стопку папок на стол, поверх других. – Уф. Там больше нету.

– Это как? – изумился Саб, обозревая террасу.

 – И где они были?

– Где высоко и сухо, – пожал плечами Пятый. – Под коньком крыши они были. Стену потом починю, и потолок тоже. Те, которые мы нашли первыми, свалились, видимо, – пояснил он. – Остальные наверху лежали, да ещё и под брезентом. Даже не запылились.

– И как тебе это пришло в голову? – спросила Эри с интересом.

– Я просто понял, что надо мыслить, как Ит, – пояснил Пятый. – И ещё… там какая-то хрень развешена, я так думаю, что это от мышей.

Чтобы не испортили бумагу. Не угадаешь сразу, что это, никогда таких штук не видел.

– А что это, правда? – Эри нахмурилась.

– Какие-то коробочки, керамические, с дырками. Могу принести, показать. В них что-то типа смолы, очень резкий запах. Странно, что мы его не учуяли раньше, – Пятый задумался. – Видимо, мышам он не нравится, поэтому все бумаги целы. Нам повезло.

– Молодец, – искренне похвалил Саб. Улыбнулся. – Что внутри, не смотрел?

– Нет, не успел ещё, – покачал головой Пятый.

 – Пойду, руки помою. Папки, конечно, относительно чистые, но вот брезент и доски… пыльно там, в общем.

Он вышел. Лин оглядел папки, присвистнул.

– Да, тут будет, чем себя занять, – констатировал он. – Ну ничего себе. И все-таки я нет-нет, но думаю про сарай…

– Слушай, вытащи уже оттуда этот мотоцикл, чтоб поменьше про него думать, и начинай приводить в порядок, – велел Саб. – И… вот что. Через пару часов сходите-ка вы оба прогуляться еще раз. На часок.