Мать Богов

Не знаю, понимаете ли Вы то, о чем я говорю, но одна из иллюзий мира находится под днищем катера, и, чтобы ее нейтрализовать, нам предстоит немало поработать.

Только поздним вечером, когда на небе вспыхнули звезды, а в лесу – гирлянды разноцветных огней, директор привез на станцию последних, остававшихся вовне, сотрудников. Сдав их в руки приятно улыбнувшемуся доктору, он направился к себе, когда его перехватил все тот же мастер.

– Господин Ласски!

– Вы что-то хотели? – директор остановился и посмотрел мужчине в глаза.

– Вот что я подумал… Этак получается, я всю жизнь слушал людей, но не слышал, о чем они говорят на самом деле?

– Не печальтесь. – Ласски повел уставшими плечами, скидывая с них тонкую куртку униформы. – Разговаривая с собеседником, мы все равно говорим исключительно о себе. Если человек позволил Вам выговориться, Вы сочтете его приятным. Возможно примете в круг друзей. В противном же случае обзовете нудным болтуном с кучей проблем. И все же… попробуйте послушать непредвзято.

Уверен, узнаете о своих знакомых много нового.

– Э… господин директор!

– Да? – Улыбнулся тот, сделав всего шаг.

– Этот лес… Вы же в него не пойдете?

– Ну… – Господин Ласски приподнял брови, потер пальцем висок и усмехнулся. – Я там уже был. Лес, как лес. Поганок много. Доброй ночи!

***

Спать в безвкусном воздухе станции не хотелось даже после тяжелого дня. Пройдя врачебный осмотр на предмет адекватности и сообщив оператору, что берет межпланетный катер, господин Ласски прихватил с собой неизменный планшет и вышел в пахнущий теплым металлом ангар.

Только забравшись в кресло пилота и включив приборную панель, он улыбнулся: кроме безграничной ответственности, что иногда напрягало, в должности директора был несомненный плюс – командовать им самим тут было некому. Как, впрочем, запретить необоснованный полет к висевшему в небесах спутнику. Вырулив со стоянки в распахнутые настежь ворота, он включил планетарный двигатель и медленно (почему рейнджеры не следят за всякой парящей в воздухе шушерой?) направил послушный катер к сверкающим серебром облакам.

Конечно, можно было бы остаться в здании станции. Удобно устроившись на одной из скамеек, послушать пение птиц и понаблюдать за неспешным полетом тварей, споривших нежностью сияния со звездами. Но мелькнувшая во время экспериментов с «голубой кровью» мысль никак не давала ему покоя. Теперь, когда работы были приостановлены, у него появилось время проверить собственную догадку.