Мой красный дневник

Оттуда на свет Божий выскочило копченое мясо для салата, яйца и молоко. – Нельзя мужчину выпускать из дома голодным. Иначе он по дороге кого-нибудь съест.

– Эй, а ничего, что я все это купила к новогоднему столу? Пусть тебя Сашенька кормит. – Возмутилась я. – В конце концов, ты помогаешь ему. Я-то тут причем?

– Леночка, в воду! – Он развернул меня в сторону ванной и слегка подтолкнул в спину. – Иди, дорогая, прими контрастный душ, а я нам что-нибудь приготовлю.

Теплые руки крепко сжали мои плечи, а дыханье щекотало волосы над ухом.

– Женщина всегда должна быть красивой: и утром, и на вечернем приеме… Глядишь, и муж бы не ушел.

Я вывернулась из его рук и хлопнула дверью ванной. Тоже мне, профессор психологии!

Вода громко лилась из душа. Я стояла, зажмурив глаза, и то закрывала, то снова открывала горячий кран. Это было ужасно, но действенно. Кожа покраснела, но глаза решительно открылись. Я растиралась полотенцем, когда из-под двери пополз вкуснючий запах омлета и жареного хлеба.

У меня потекли слюнки: такое блюдо для себя не готовила уже давно. Ведь в нашем коллективе надо было поддерживать форму, а у меня есть небольшая склонность к полноте. И если бы не мои йогуртно-фруктовые диеты, то вместо сорок восьмого носила бы пятьдесят четвертый…

Когда я сушила и укладывала волосы, в дверь раздался осторожный стук.

– Леночка, ты не уплыла? – Обеспокоенно спросил Борис.

 – Выходи, очень хочется кушать!

– А как же мой внешний вид? – Невинно поинтересовалась я из-за двери. – Подожди немного, сейчас нанесу тон, покрашу глаза, уложу волосы и выйду…

– Лена! Не буди в мужчине первобытного человека!

Волосы блестели и были аккуратно собраны в прическу. Конечно, глаза все еще отливали красным, но не настолько, чтобы заподозрить во мне родственницу Дракулы. Нацепив дежурную «офисную» улыбку, я вышла в коридор, а из него в кухню и обомлела.

На столе дымился свежесваренный кофе. На тарелочках, источая одуряющий аромат, красовался пухлый омлет с гренками и мясом. Тоненький кусочек жареного хлебушка с маслом лежал на салфеточке рядом. Вилочка блестела зубчиками около тарелки.

– Вау! – Страдания по сытной и красиво приготовленной пище были огромными. Еще никто, кроме моей мамы, не готовил мне завтрак и не сервировал стол.