Сломанный ангел

С какой бы радостью она сдала нормативы, дабы стереть презрительную ухмылку с лица преподавателя, когда тот смотрел на ее потуги. Но Юн Су Нан не могла пробежать километр, не могла отжаться или подтянуться. Значит, не могла и она.

Су Нан отложила в сторону приборы. Подняла бокал, посмотрела сквозь рубиновую жидкость на лицо Джунг Су. Взвесила свои слова.

– Я повторяю курс. Поэтому сложностей нет.

– То есть, – мигом вник в суть дела Мин Ен, – ты старше?

– На один год, – кивнула Су Нан. В следующем году она должна была окончить старшую школу, как и четверка.

– Нам звать тебя «нуной»?

И намекнуть всем на истинную личность?

– Не стоит. Имени достаточно.

Она согласна даже на «обезьянку», только не на «нуну».

– Тогда почему бы тебе не называть меня «оппа»? – и долгий, чуть насмешливый взгляд, от которого бросило в жар.

– Предпочитаю господин Ли Мин Ен.

– Колючка, – взгляд сделался острее, и парень бросил уверенно: – Обсудим это позже.

Как получилось, что она согласилась заехать после ресторана в одно «чудное место, тебе понравится», Су Нан не понимала до сих пор.

И байк в заложниках тут был ни при чем – она могла вернуть его другим способом. Правда заключалась в том, что неожиданно теплый для поздней осени вечер в компании четверки не хотелось обрывать на полуслове.

Собственная слабость раздражала, как и ладонь в руке Мин Ена, но она позволяла вести себя по темному коридору туда, откуда доносились звуки музыки. Сколь угодно можно было обманываться, что причина ее покорности в желании побыть послушной девочкой, но Су Нан давно выучила – самообман приносит лишь боль и разочарование.

Неужели пара часов в компании четверки заставили ее сердце ощутить забытое тепло человеческих отношений? Нет, опять обман. Четверка развлекается, она работает. И никаких иных вариантов между ними быть не может.

Но сердце стучало сильнее обычного, на губах играла улыбка, а разум безуспешно уговаривал сбежать. Она сбежит. Чуть позже.

Су Нан шагнула за порог и задержала дыхание, одним взглядом вбирая подробности. В закрытом стеклянной крышей дворе, под кронами живого дуба, таилась сказка. Разноцветные фонарики бросали теплые пятна света на каменные плиты пола. Качели, подвешенные на ветвях, словно портал в детство, манили сесть и отправиться ввысь. Ажурные столики со свечами утопали в полумраке. Официантки в костюмах зайчиков разносили заказы. На крыше бара возлежала гигантская гусеница.