Сто вопросов как бы обо мне

Выгнать на улицу этих Тарасовых, и дело с концом.

А потом поворачивается к нам и придирчиво инспектирует тарелки.

– Ну-ка, ешьте давайте! Кому добавки надо будет, я налью.

Добавки?!

Мы с Аськой смотрим друга на друга, и в глазах у нас плещется ужас.

А в тарелке зловеще плещется суп…

* * *

«Не выдумывай», – это бабушкина коронная фраза. Прямо девиз по жизни! Она бы, наверное, с удовольствием плакат с этой фразой нарисовала и повсюду с ним за мной ходила.

Что значит, не будешь стричься? Не выдумывай!

То есть как ничего не задали? Не выдумывай!

В смысле, опять кружок бросил? Не выдумывай!

А я вообще не выдумываю.

Я всегда говорю, как есть! Вот сейчас, например, говорю, что устал и хочу отдохнуть.

– Не выдумывай! – пыхтит бабушка, подцепляя штору на очередной крючок. – Устал… Ты вагоны что ли в школе разгружал?

А над плакатом у нее был бы герб с изображением тарелки с супом. Для устрашения врагов!

Я, наконец, пропихиваю в пищевод последнюю ложку масляной жижи и тут же мою тарелку, пока бабушка добавки не налила.

Хотя ей сейчас не до меня – она в зале другие занавески вешает, потому что ей не нравятся, как эти вместе с тюлем смотрятся.

–Ты поел? – кричит она так громко, словно я на другом конце света, а не в соседней комнате.

– Да.

– А тарелку помыл за собой?

– Да.

– Иди сестре с уроками помоги.

Пф-ф-ф… Будто ей нужна моя помощь! Аська вообще-то гений. Не то, что я. Я в первом классе рыдал от натуги, пока все эти палочки-крючочки рисовал и буквы в слоги складывал.

А она читать научилась по вывескам на улице. Доставала меня просто жесть, пока мы гуляли: Макар, что тут написано, а там, а это какая буква? Я скрипел зубами, но все равно отвечал: гастроном, бульвар Космонавтов, это не буква, а цифра, балбесина. Ну и научилась как-то сама.

Наверное, я педагог от Бога. Похоже на то.

Я отпихиваю с дороги Ниндзю, который задрых прямо в дверном проеме, и проскальзываю в Аськину комнату. Точнее, Аськину и мамину.

У нас как в восточном гареме: есть женская половина квартиры и мужская. Комнаты-то только две! Поэтому Аська с мамой спят вместе на большой двуспальной кровати, а я в зале на маленьком диванчике. Нормально вообще? Там даже ноги толком не вытянуть!

С другой стороны, никто ко мне не пристает по ночам, когда мне не спится. Я иногда до трех-четырех ночи торчу в телефоне. Или смотрю на прямоугольник на обоях – туда, где раньше папин портрет висел.