Подобие жизни

Только ты это… я в своей квартире ремонт затеял, так что сейчас в съёмной. Тут не очень, но это временно.

– О настоящем соцрейтинге тоже умолчал, вот жук! – возмутился практикант.

Продиктовав адрес, Петухов попрощался и прервал разговор.

– По идее, он должен был сообщить управителю её данные. Чтобы впустил. Но ничего подобного нет, – задумчиво протянул Владислав.

– И что теперь? Проверим всех Дан?

Ожидая ответа, Трофим подался вперёд. В его глазах горел жадный огонь, и Влад вдруг понял, что из этого парня может выйти толк, если к энтузиазму добавятся знания и опыт.

– Да. Только с этим быстрее справится Робос. Хотя я сомневаюсь, что нашу таинственную барышню зовут Даной. И что это барышня, тоже сомневаюсь. Хотя… Робос, вводные данные. Пол – женский. Имя – Дана. Медицинские показания для замены печени. Не замужем, совершеннолетняя. Возраст прежний – от тридцати до ста шестнадцати. Пользователь игры «Подселенцы», выполненные групповые квесты аналогичны квестам Петухова.

– Принято.

В этот раз секретарь замолчал больше, чем на секунду, видимо, информации перелопачивать пришлось много.

– Дана Ломова, сорок четыре года. Семь месяцев назад перенесла операцию по замене печени на искусственный аналог. На момент смерти социальный рейтинг составлял сто одна тысяча двадцать два и семь десятых, из-за отсутствия семьи баллы переведены на городской резервный счёт.

– Как на момент смерти?! – Трофим неуклюже вскочил со стула и чуть не пробил оргстекло локтем. – Когда?

Робот вопрос проигнорировал, поэтому Кондратенко сказал:

– Робос, ответь.

– Хорошо, Владислав Александрович. Гражданка Ломова совершила суицид пятнадцатого июля.

– За три месяца до смерти Петухова, за два месяца до встречи с ним в игре. Оч-чень интересно. Дай-ка мне всю инфу по её делу.

– Оно в архиве, в базе некриминальных смертей. Нужно время.

– Окей, мы подождём.

На визуализаторе высветилась иконка сообщения.

– Трофим, посиди пока здесь. Я к начальству.

* * *

– Иван Сергеич. Только один вопрос – зачем? С каких пор на задержании нужен человек? Роботы сами прекрасно справляются уже сколько – десять лет?

– Двенадцать. Ты, Кондратенко, не бухти. Надо, чтобы вы с пацаном поприсутствовали.

– А, всё интриги плетёшь, Сергеич?

– Тихо ты! – начслед взглянул на потолок, – что ты вечно, как ребёнок.