«Нелюбимый» день недели

– Только Наташе не говори, – заметив мой испытующий взгляд, он глубоко затянулся.

– Надо же, папочка что-то скрывает от своей безупречной жены? – я не сдержала ехидства.

– Да, с годами понимаешь, что не вся информация одинаково полезна для окружающих, – выпустив кольцо дыма в воздух, отец рассмеялся. – Но ты можешь не переживать, даже если и проговоришься, в угол меня не поставят. На, держи, – он потянулся за бумажником и вытащил тысячную купюру, – даже не представляю, где здесь аптека. А мазь, – он кивнул на мою руку, – тебе нужна.

Я успела взять деньги и спрятать их в карман до того, как на крыльце появилась мама. Она задержалась внутри, встретив знакомую, бывшую одноклассницу, а теперь старшую медсестру тетю Валю, жившую в соседнем доме. Когда-то давно они были лучшими подругами, ровно до тех пор, пока мама не увела у тети Вали парня. Моего отца. Подробностей истории не знаю, но то, что они начали разговаривать только после его ухода к Наташе, мне известно доподлинно. А сейчас так вообще близки, как сиамские близнецы.

Ходят друг к другу в гости, вечерами сериалы вместе смотрят, в парке гуляют, шушукаются постоянно. Прям коллеги по несчастью. Ведь Тетя Валя так и вышла замуж, посвятив себя великой цели – служению людям. И как она любила повторять «своему призвание, ведь профессии ответственней медсестры еще не придумали».

Машина подъехала, как только мама накинула на голову капюшон и туже затянула платок. Отец коротко чмокнул ее в щеку, а мне просто махнул рукой.

Я видела, как в нем боролись желание подойти и обнять меня, и быстрее сбежать в свою новую реальность. Да, я понимала его. Это место, как и наш дом, удручало. И никак не вязалось с его красивой и чистой жизнью. Хм. Выходило, мы – грязь. Но что поделать. Мы – та самая грязь, которую он хотел бы забыть. Так и забыл бы. Что мешает?

«Вася, я жду» – «еду» напечатала я, почти не вытаскивая телефон из кармана. Если бы мама увидела, возникли бы вопросы, поэтому в машине я вела себя тихо, прокручивая в голове разговор с подругой, который состоится, как только я окажусь на улице.

– Мам, а можно я выйду на проспекте? Марина в гости зовет, – спросила я, когда за окном мелькнул знакомый пейзаж.

– Нет, – почти неслышно, но от этого не менее категорично прозвучал ее отказ.

– Почему?

Никогда не сдавалась после первой неудачи. Наоборот, она служила флажком для старта, зеленым сигналом разрешения, возможностями для поиска нового подхода.