Княже

Решение принца такое логичное и очевидное. Но…

– Я заберу её, как только выполню свой долг.

Расиах захохотал и захлопал в ладоши. Звон эхом отразился от высоких каменных стен и расползся по углам.

– Ты такой веселый! Мне нравятся бесстрашные и верные люди. Пожалуй, я даже готов заключить сделку: срок твоей службы закончится тогда, когда ты доставишь ко мне во дворец прекраснейшую деву, способную полюбить меня так же, как и я полюблю её.

Сидорх закрыл глаза. Во что он ввязался…

– Это ведь может занять много времени… ты позволишь мне видеть сестру?

Расиах пожал худыми плечами:

– Разве это проблема? Сакаек ведь не пленница, а гостья.

Но довольно вопросов. Ступай, Сидорх из Миаса. Завтра ты проснешься капитаном.

***

Шхуну ощутимо качнуло. Лина едва успела схватиться за ближайший ящик, капитан не среагировал, не поддержал, он будто находился сейчас где-то не здесь. На самом деле, так и было: воспоминания перенесли Сидорха на многие годы в прошлое.

Девушка чувствовала его смятение, растерянность, она почти видела оттенки этих эмоций на круглом лице меднобородого капитана.

– Всё в порядке? Капитан!

Сидорх очнулся и уставился на Лину, вцепившуюся в ящик с апельсинами.

– Волны усилились. Мне нужно к штурвалу. Вынужден оставить вас здесь ради вашей же безопасности.

Лина не успела возразить, капитан тотчас покинул трюм, подперев для надежности дверь снаружи. Ночью никто сюда не сунется: его молчаливая команда беспрекословно исполняет все приказы и поручения, за пятнадцать лет службы ни один матрос не смел своевольничать.

Ну, разве что Хэм – сам Сидорх взял его на судно в том году, переругавшись из-за этого с баталером. Ведь команда была набрана Расиахом – теперь уже полноправным Правителем королевства, а новый матрос выбивался из рядов странных трудолюбивых молчунов. Первое время Сидорх даже думал, что у всей команды отняли языки – до того немногословны оказались крепкие парни, чётко соблюдающие предписанные инструкции морского кодекса.

Но не только эта странность преследовала команду: помощники капитана будто не старели. Сидорх превратился из хмурого сутулого парня в коренастого улыбчивого мужчину с живыми, озорными глазами, кучерявой рыжей бородой и редкой проседью в коротких русых волосах, тело имело лёгкую склонность к полноте… В то время как экипажу смело можно было дать навскидку лет по двадцать пять – столько же, сколько и в первый день их службы.