Победитель получает все

И даже постаралась непринужденно улыбнуться:

– Нет, просто волнуюсь.

Ну да. Конечно. Только отчего же так коробит, что она по-прежнему не спешит делиться с ним своим проблемами? В чем-то беззастенчиво откровенна, а в чем-то сразу прячется как улитка в раковину.

– Милли, ты же знаешь, что можешь мне обо всем рассказать. Я ведь для того и здесь, чтобы тебе помочь.

– Прости, Атрей, но ты не всесилен.

Отчего ж? Почти всесилен. Многое уж точно ему подвластно.

Но Милли тут же сменила тему. Снизила голос на шепот:

– Надеюсь, это нормально, что все проходящие мимо на нас так смотрят.

Не удержался от улыбки.

– Нормально, Милли. Привыкай. Скоро для тебя станут нормой и завистливые взгляды других дам, и заинтересованные их кавалеров. Да и в высшем свете Мирвенграда все безусловно друг друга знают, а мы с тобой, как-никак, новые лица. Постарайся просто не обращать на других внимание.

– Как же хорошо, что ты рядом, – вырвалось у нее порывисто, будто просто мысли вслух. Но почему-то эти простые слова даже что-то в душе всколыхнули…

Всегда же понимал свою важность и значимость.

Но даже его роль в Ордене воспринималась им не только как высшая честь и призвание, но и как бремя. Атрей знал, что он нужен. И не просто нужен, а необходим.

А Милли… Его «нужность» ей казалась совсем не бременем. Наградой. Странной милостью свыше. Пусть непонятной, но отзывающейся непривычным теплом в душе…

Но ничего не ответил. Любые слова счел неуместными. Тем более обещание быть рядом, сколько понадобится, все равно упиралось в его собственную ложь.

Которую еще неизвестно как Милли воспримет.

Они уже поднялись по широким мраморным ступеням прямиком к высоким витым колоннам у распахнутых дверей парадного входа, как позади раздался изумленный женский голос:

– Миллиса?.. Ты ли это?

И судя по тому, как Милли резко перестала улыбаться, голос она узнала, но точно не обрадовалась.

Милли

Нет, это, конечно, было ожидаемо, вряд ли бы получилось избежать неприятных встреч.

Но я все же надеялась, что той же Розабелле хватит ума не подходить лишний раз.

Увы, ошиблась.

Ума ей не хватило.

Бывшая воспитанница нашей обители взбиралась по мраморным ступеням вслед за нами. Причем, «взбиралась» чуть ли не в прямом смысле. Громоздкий подол ее платья больше походил на непосильную ношу. Ага, во имя красоты. И если на сделанном для меня платье цветы из ткани впадали в уныние, то на платье Розабеллы угнездилось их превеликое множество.