Чудо для тебя

Он тихо входит в дом: бесплотным духом, сквозь дверь и стены, летит, летит…

– Веня, но ты же обещал поехать с нами! – Маша, жена Алекса, уговаривала друга уже просто по инерции, было понятно, что опера его не прельщает. Мастера опять посетила гениальная идея, требующая немедленной реализации.

– Маш, ну прости, я лучше поработаю. «Мадам Баттерфляй» я уже и читал, и видел. Ну пожалуйста! Езжайте вдвоем, оставьте старого больного художника поработать! – Венечка виртуозно страдал.

– Трудоголик, – констатировала Маша.

 – Леш, ты идешь? – позвала она мужа, замешкавшегося наверху.

Бесплотный призрак летит дальше, подхваченный ветром, увлекаемый беспощадной памятью, наверх, на второй этаж. Мгновение – и он внутри себя, смотрит в зеркало: веселый мужчина, еще молодой, еще счастливый.

«Не ходи, нет, не ходи!»

– Иду, – Алексей поправил галстук, последний раз взглянул в зеркало и спустился вниз.

Илюшка, уже одетый в пижаму, сидел в кресле перед телевизором и сосредоточенно смотрел мультики, его бабушка что-то читала.

Семейная идиллия. Маргарита Викторовна подняла глаза от книги и улыбнулась, глядя на сына с невесткой.

– Мы скоро вернемся. – Алексей присел у кресла сына.

– Раньше, чем я засну? – строго спросил мальчуган.

– Нет, мама с папой идут в оперу. Но мы обязательно заглянем к тебе, когда вернемся. Одеяло подоткнуть, – пообещала Маша.

– Тогда я не буду спать, пока вы не вернетесь! – немного обиженно выговорил Илья.

– Почему, маленький? – удивилась Маша.

– Потому что мне будет дуть под одеяло! Вы же его не подоткнете!

– Тебе его подоткнет дядя Веня, – вмешался в долгое прощание Вениамин.

 – Скажи маме с папой «до свидания», а то они опоздают в оперу.

– А что такое «опера»? – заинтересовался малыш.

– И про это тебе дядя Веня расскажет. Давай говори «пока»!

– Пока, мама, пока, папа! – скороговоркой проговорил мальчишка и дернул дядю Веню за палец. – Ну, что такое «опера»?

Алексей улыбнулся, взял жену под руку, и они вышли из дому.

Она сюда больше не вернется.

«Маша!..»

Он проснулся от боли, с тяжело бухающим сердцем. Машинально протянул руку, взял со столика стакан, глотнул. Через некоторое время боль откатится, как волна, но разве в этом дело? Другая боль не уйдет. Алексей поднял ноутбук, сползший на край дивана, неловко перевернулся и глянул на дисплей.

Часы в правом нижнем углу показывали половину шестого утра. Светать начнет еще не скоро. Ветер бил в окна, стекла тоненько дребезжали.