Госпожа «Нет». Книга 2. Любовь без ошибок

Эдвард покачал головой и накрыл бокал ладонью:

– Мне хватит. Да и тебе, в сущности, тоже. Завтра голова должна быть ясной.

– Как прикажете, – наигранно весело отозвался Джон.

Эдвард ободряюще улыбнулся. Саймон, наблюдавший за обоими друзьями, скривился и пробормотал что-то о двух баранах, которые хорохорятся друг перед другом, хотя в воздухе уже пахнет шашлыком. Эдвард усмехнулся, прекрасно поняв, кому адресовалось ворчание, и встал, вынуждая подняться остальных.

– Надо идти спать. Завтра тяжелый день.

Селл, веди запись, утром пустишь трансляцию.

– Да, мой генерал!

– Спокойной ночи! – Саймон отсалютовал обоим мужчинам и вышел.

– Пойдешь в казармы? – поинтересовался полковник Уайт у друга.

– Нет. Это рискованно. Могут заметить. – Эдвард задумчиво посмотрел на диван.

– Если ты поднимешь ее, я смогу разложить, и вы ляжете рядом, – предложил Джон. Император помотал головой:

– Не забывай, что она адвокат. Обнаружив, что мы спали вместе, она вчинит мне такой иск, что мне придется продать Альвион и еще с десяток планет.

– Ваше величество, держите. – Саймон снова появился в кабинете, неся в руках спальный мешок и комплект формы, включая ботинки, на которые император посмотрел со странноватым выражением. – Надеюсь, вам будет комфортно.

– Ты хоть помнишь, как его расстилать? – поинтересовался Джон.

– Не волнуйся.

– Если что – зови! – С этим напутствием Джон покинул кабинет вслед за Саймоном.

Эдвард скинул убитые туфли и, покосившись на Эмбер, сорвал с себя костюм, переоделся, расстелил спальный мешок – выдумали тоже, помогать.

Тут только за веревку дернуть да раскатать. С удовольствием растянулся, наслаждаясь теплом, покоем и тем, что никуда не надо идти. Он, как ему казалось, долго прислушивался к звукам снаружи: шагам караульных, бряцанью оружия, отрывистым командам, а потом глаза закрылись, и император, наконец, заснул.

Глава 4

Просыпаться было тяжело: все тело ломило, а рука, на которую во сне Эмбер положила голову, онемела.

Женщина попыталась пошевелить пальцами и застонала: ощущение, будто сотни тонких игл пронзили кожу.

– Доброе утро!

Бодрое до отвращения приветствие заставило подскочить.

– Вы? – Спросонья голос был хриплым и напоминал карканье вороны.

В памяти сразу же пронеслась вчерашняя ночь, падение флаера, отсвечивающий зеленоватым в приборе ночного видения лес и выматывающий путь к автобану.