Приказано жениться

 – Что ж, Белов, раз уж тебе девица глянулась, что сломя голову помогать ей начал, гнева моего не испугался, так тому и быть. Женишься на ней, заодно и за ум возьмешься.

После этих слов в комнате воцарилась тишина. Григорий открыл было рот, чтобы возразить, но натолкнулся на насмешливый взгляд императрицы и понял, что на этот раз пощады не будет. Лицо гвардейца словно окаменело, он вытянулся во весь рост и вновь щелкнул каблуками:

– Как прикажете, Ваше Императорское Величество! Разрешите идти?

– Ступай, ступай, подожди свою невесту в зале.

Марфа, ты тоже иди. И скажи фрейлинам, пусть чай мне подадут!

– Матушка императрица, я и сама могу! – всполошилась та.

– Ты уж все, что смогла, сделала! Ступай!

Статс-дама сделала глубокий реверанс и, бросив на прощение убийственный взгляд на Анастасию, считая именно эту невзрачную девицу виновницей всех своих бед, вышла. Девушка вновь осталась с императрицей наедине. Елисавета Петровна села за стол и поманила ее пальцем.

– Пойди сюда, – она начала писать что-то на бумаге.

 – Отца твоего полностью простить не могу: даже если и невиновен, не с теми людьми он пьяные речи водил. Ежели б не ты, в Сибирь бы сослала. Так до свадьбы твоей пущай в крепости посидит, а потом в имение свое едет и носа в Питерсбурх не показывает. Ты же покамест фрейлиной моей походишь: и на виду будешь, и приданое тебе отпишу хорошее – не нищенкой в семью мужа придешь. Беловы гордецы еще те! А Гриша к тому же и единственный сын, с детства избалован. Вот невестами и перебирает! Сколько Петр Григорьевич его засватать пытался. Все мимо!

– Так, может, и мне не стоит… – криво улыбнулась Настя.

– Стоит, – Елисавета Петровна задумчиво взглянула на свою белоснежную руку, унизанную кольцами. Показалось, или одно из них тускло блеснуло. – Ты ему правильной женой будешь… А Марфы моей теперь берегись – она на Белова давно глаз положила, да ни он для нее, ни она для него… Там у двери шнурок висит, дерни три раза.

Понимая, что возражения бессмысленны, Настя исполнила приказ.

Тут же другая дверь в комнату отворилась, и на пороге возникла еще одна дама в голубом платье.

– Лизетта, душечка, – ласково обратилась к тезке императрица, – скажи князю Черкасову, чтоб дал указ девицу сию, Анастасию Збышеву, мне во фрейлины зачислить да выдать ей жалование на месяц вперед – пусть туалеты свои в порядок приведет согласно уставу. И проводи ее в комнаты фрейлинские, пусть отдохнет с дороги.