Седьмая руна

– Д’Эгре, – пробормотал Пьер, – уж не родственница ли вы графа Гастона д’Эгре?

Девушка нахмурилась:

– Это как-то относится к убийству?

Пьер смутился:

– Н-нет, но…

– В таком случае не лучше ли вам приступить к исполнению своих обязанностей?

Этьен нахмурился. Он вспомнил, что дочь графа д’Эгре действительно была в числе тех девушек, кто поступил в Суар де Бонне. Странно, что граф и графиня позволили ей сначала учиться, а потом и работать в академии.

Еще и ассистентом профессора, питавшего слабость к хорошеньким мордашкам.

Хотя именно эта слабость могла объяснить все, кроме одного: что такая красавица нашла в лысеющем толстом профессоре. И почему граф д’Эгре до сих пор не вмешался.

Но капитан Богарне прибыл в академию не для того, чтобы выяснять порочащие связи. Он повернулся к возвышению, приподнял простыню и убедился, что на теле нет одежды, и обвел взглядом адептов. Перепуганные больше полисмагами, чем происшедшим, они во все глаза следили за действиями стражей порядка.

Мрачно усмехнувшись, Этьен поднял край простыни, открывая лицо и плечи жертвы.

Над головой послышались сдавленные охи, а один из адептов, вихрастый юноша, закатил глаза и сполз под парту.

Пьер направился к нему.

– Кто-нибудь ее знает? – холодно поинтересовался капитан. Судя по вытянутым физиономиям, даже если кто-то и был знаком с девушкой при жизни, то сейчас вряд ли вспомнил бы это.

– Боюсь, капитан, адепты слишком потрясены случившимся, чтобы мыслить здраво, – вмешалась ассистентка профессора.

Она так и осталась стоять за спиной полисмага, с интересом наблюдая за его действиями. – К тому же они замерзли, поскольку сидели здесь больше часа, ожидая вашего прибытия.

В ее голосе слышался упрек.

– Мы просто… – начал оправдываться Пьер, но Этьен оборвал его.

– Тома, Моро, выведите адептов в другое помещение! Обождите, пока они согреются, перепишите личные данные и отпустите, мы допросим их позже!

– Да, но как это сделать? – пробормотал полисмаг, затравленно смотря на молодых людей.

– Думаю, декан Копен вам поможет, у него есть список курса, – предложила Франсуаза, которую порядком утомила эта суета. Она взглянула на тонкие золотые часы на запястье и вздохнула, понимая, что остальные дела, запланированные на сегодня, придется отложить. – Наверное, мне стоит проследить самой.

– Нет! – Этьен сказал это резче, чем хотелось. – Вы останетесь, как и профессор Ле Шовен!

Он ожидал возражений, но их не последовало.