Выйти замуж за некроманта

Официально после смерти родителей Альберт считался опекуном Элеоноры, но пренебрегал своими обязанностями, за что девушка испытывала к брату чувство признательности. До недавнего времени.

– Мало вам брат причинил зла при жизни! – посетовала Мэри-Джейн. – Так теперь еще и после смерти…

– Перестань! – оборвала ее Элеонора. Огонь в камине ярко вспыхнул, девушка поморщилась, понимая, что не смогла сдержать свой дар.

Но ей невыносимо было слышать эти причитания. Она хорошо осознавала, что невоздержанность Альберта, его постоянные попойки, на которых присутствовали и женщины, бросали тень и на безупречную репутацию сестры.

Но у Элеоноры было богатое приданое. Это искупало многое, потому злопыхатели лишь шипели по углам.

Так было раньше. Теперь Альберт мертв – сложил голову на плахе, земли конфискованы, а сама Элеонора…

Показалось, что кто-то поднимается по лестнице. Девушка с испугом взглянула на дверь. Даже если попросить горничную закрыть ее на засов, вряд ли подобная преграда остановит могущественного некроманта.

Огонь внутри с надеждой вспыхнул, но Элеонора покачала головой. Не стоило применять магию, тем более по отношению к собственному мужу. Церковные обеты нерушимы, и их магия строго карает клятвопреступников. Девушка задумчиво покрутила кольцо, которое лорд Уиллморт надел на ее палец в часовне.

Темный камень в замысловатой оправе из белого золота. Наверняка артефакт. Элеонора чувствовала легкое вмешательство чуждой ей магии. Эта магия была теперь повсюду: дом привыкал к новому владельцу.

Старинное имение, веками хранившее верность одному роду, вынуждено было принимать чужака, поскольку, в этом Элеонора не сомневалась, ритуал передачи владений лорду Уиллморту был проведен его величеством Генрихом Десятым по всем правилам. Теперь старому дому оставалось лишь со скрипом подстраиваться под нового хозяина.

Генрих Десятый. Молодой король, вступивший на престол пять лет назад. Он тоже присутствовал при казни. Стоял на специальном помосте в окружении стражников и старательно не смотрел в ту сторону, где собрались семьи приговоренных.

Впрочем, и семей-то не было. Две рыдающие матери, один убитый горем старик… и Элеонора, удерживаемая лично лордом Уиллмортом: «Не смейте отворачиваться!»

Девушка с тоской взглянула на стены, еще недавно бывшие родными. Отчаяние вновь охватило ее. Теперь все здесь принадлежало некроманту, в том числе и она сама.

– Триединый! – Девушка закрыла лицо руками.