Выйти замуж за некроманта

Откинувшись на спинку стула, он не сводил с девушки своего пристального взгляда, в котором жила Тьма. Впрочем, для начальника Тайной канцелярии допросы подозреваемых были обычным делом.

– Вы так и не выслушали меня! – Упрек прозвучал как предостережение.

Девушка очнулась и беспомощно посмотрела на визитера.

– Простите, я… куда мне приказано отправиться? – Она все еще не решалась взять в руки приказ, точно это могло что-то изменить в ее судьбе.

– В монастырь, в течение недели вы должны принять постриг и стать отшельницей.

И никто не должен знать, где вы находитесь! – Зеленые глаза смотрели, не моргая. Впрочем, Элеонора уже почти привыкла к этому пристальному взгляду.

– Понятно. – Горло перехватил спазм.

Изо всех сил стараясь сдержать рыдания, девушка взглянула в окно, на еще зеленые луга, окружающие родовое имение. Из-за слез клены, росшие по обочинам дорог, виделись огромными оранжево-алыми пятнами.

Скоро Элеонора будет видеть лишь белые монастырские стены. Девушка сожалела не о друзьях, которые моментально отвернулись от нее после того как Альберт был арестован, а о той жизни, к которой она сначала как дочь, а потом как сестра шиира Артли, привыкла.

Что станет с теми немногочисленными верными слугами, которые остались в имении, да и с самим домом, который вынужден будет приспосабливаться к новому хозяину, Элеонора предпочитала не думать.

Девушка прикрыла глаза, пытаясь сохранить хотя бы остатки самообладания. Вряд ли начальника Тайной канцелярии разжалобят женские слезы.

– Возможно, нам стоит отложить разговор на потом? – В голосе некроманта слышалось что-то, похожее на сочувствие.

Элеонора помотала головой.

– Не стоит. Ваш визит и так слишком затянулся… – Она провела рукой по лбу, пытаясь вспомнить, что же еще упустила. – У Берти не было наследников… как я понимаю, все земли отходят короне?

– Не совсем. – Теперь собеседник выглядел слегка сконфуженным. – Эти земли теперь принадлежат мне.

– Вот как? – Элеонора опустила голову и поспешно отошла от окна, чтобы скрыть лицо в полумраке комнаты.

Узор ковра под ногами почему-то расплывался. – Этого следовало ожидать… мне… я могу забрать несколько безделушек, которые напоминали бы мне о…

Она осеклась и прикусила губу, плечи вздрогнули. Перед глазами возник белоснежный кружевной платок. Вопреки моде, он не был щедро опрыскан тяжелыми сладкими духами, которыми так грешили при дворе заправские щеголи.

– Спасибо.