Сделка со зверем

– Именно так вы видите нашу жизнь, моя дорогая?

Честер напирал, вынуждая пятиться. Спины коснулось что-то шершавое. Натянутые нервы дали знать, Ариадна отшатнулась, запоздало сообразив, что это был гобелен, висящий на стене, и оказалась прижатой к мужскому телу.

– Я… послушайте, наш брак должен быть всего лишь сделкой!

Пытаясь оттолкнуть, она уперлась ладонями ему в грудь и сразу поняла, что это было ошибкой: сильные руки сомкнулись на талии.

– Интересно, кто сказал вам это? – прошептал ей на ухо герцог, опаляя кожу горячим дыханием.

– Сказал… что?

– Всю эту чушь про сделки и фиктивность брака…

Даже через ткань платья Ариадна чувствовала, как напряглось его тело, и запоздало вспомнила, что он три месяца провел в тюремной камере. Вряд ли туда приводили женщин.

– Отпустите! – Она в панике забилась в крепких объятиях, пытаясь оттолкнуть того, кто был ее мужем. – Пожалуйста, отпустите!

– Если вы назовете мне имя того, кто надоумил вас прийти ко мне! – жестко произнес Честер.

В эту минуту он ненавидел сам себя, но напугать девицу было единственным способом узнать хотя бы часть правды.

– Я… я не знаю! – солгала она.

– Неужели?

– Я действительно не знаю! – выкрикнула девушка.

В ее глазах стояли слезы. Роберт понял, что надави он еще немного, и она впадет в истерику, и разжал руки. Она отпрянула и обхватила себя за плечи. Было видно, что девушка дрожит от страха, но из комнаты она не выскочила.

Окинув ее мрачным взглядом, Честер подошел к столику и вылил на голову кувшин с водой, предназначенный для умывания.

Не помогло. Вода оказалась теплой. Капли стекали по волосам и противно лезли за шиворот. Воротник рубашки сразу намок и лип к телу.

Не заботясь, что сделает хозяйка дома, Роберт медленно сосчитал до двадцати. Допрос давался ему тяжелее, чем он планировал. Тело ломило от желания. Теперь он понимал друзей, которые, прежде чем идти к жене, заворачивали в Темный квартал, чтобы развлечься в объятиях какой-нибудь красотки.

Мысленно дав себе обещание заглянуть туда в ближайшее время, он тряхнул головой, разбрызгивая неприятно теплую воду, и повернулся к жене.

Она так и стояла посередине комнаты, тяжело дыша, словно строптивая молодая лошадь. Во всяком случае, ноздри ее аккуратного, чуть вздернутого носика раздувались так же, а в глазах застыл ужас.

Понимая, что девушка на грани срыва, герцог слегка сменил тактику.