Война и мир на планете Фриурус

Когда я наконец-таки добралась до, как мне в тот момент казалось, нужного мне терминала, то уже пришлось бежать к стойке регистрации, дабы окончательно не пропустить свой рейс. Я даже уточнила у прохожего полицейского, туда ли я бегу, и он вместе со своими друзьями-полицейскими с уверенностью подтвердил, что туда.

Каково же было мое разочарование, когда сотрудник у стойки регистрации объяснил, что я попала не по адресу! Вместо того, чтобы пройти к стойке регистрации для вылета в Навилеш, я пожаловала к стойке для вылета в Шралот: рейс был пролетом через Шралот, поэтому регистрироваться нужно было на рейс в Навилеш.

Сотрудник смотрел на меня с удивлением и сожалением, а я испытывала глубочайшее чувство досады за свою глупость. О чем я только думала?

До вылета оставался почти час, и у меня еще был шанс добраться до нужной стойки. Проблема заключалась в том, что бежать нужно было далеко, в другой терминал. Но я не сдавалась: я мчалась настолько быстро, насколько это было возможно на большущих каблуках и в то и дело задиравшемся наверх «деловом» платье.

У смотрящего мне вслед полицейского, ранее подсказавшего правильный путь к стойке, было очень довольное выражение лица при виде этого зрелища.

А я мчалась навстречу своей мечте: не могла же я упустить свой дирижабль – такого никогда не случалось раньше. А раньше я работала стюардессой и пропустила свой рейс лишь однажды из-за того, что проспала. Но ведь тогда я училась заочно и страдала хроническим недосыпом.

Все эти мысли роились в моей голове, когда я подбегала к стойке регистрации на мой рейс. Я уже предвкушала предстоящий полет на борту Лебрийских авиалиний, когда грубый женский голос заставил меня вернуться в реальность:

– Мэм, регистрация на рейс окончилась десять минут назад. Сожалею, но вы опоздали.

Я не могла поверить своим ушам.

– Но ведь дирижабль все еще здесь, вот мой билет и документы. Может, вы могли бы мне как-то помочь, – все еще надеясь на чудо, настаивала я.

– Нет, мэм. Все что вы можете сделать – это поменять билеты на следующий рейс.

Выбора особо и не было. Что обо мне теперь подумает Морт: в кои-то веки мы решили встретиться, и я умудрилась так жестко облажаться. Это было непростительно.

Я тут же написала Морту и объяснила, почему поменяла билеты на ночной рейс.

Назад домой я вернулась с чувством глубокого разочарования, к тому же у меня на нервной почве разболелся живот.