Бабочка маркизы Помпадур

Чтобы он снова обиделся?

– Леша, оно тебе… не подходит. Ну мне так кажется. А тебе здесь не нравится. Почему ты терпишь?

И бабочек боишься.

– Ну… – он покосился, точно проверяя, не смеются ли над ним. – У меня вкуса нет. А тут человек солидный. С рекомендациями.

И нереализованными желаниями, которые он реализовал за Лехин счет.

– Леша, – Алина удержалась-таки от прикосновения. – Почему у тебя нет вкуса? Он у всех есть. Только разный. И здесь живешь ты, а не тот человек с рекомендациями.

– Ты прикольная, – улыбка у него замечательная.

Нельзя привязываться. Месяц ведь рано или поздно закончится, и как потом Алине жить? Поэтому нельзя… но очень хочется.

Ее переезд был скучен. Луиза Мадлен сама собирала вещи, причитая, что наряды Жанны недостаточно роскошны и изысканны для того общества, в котором ей отныне предстоит бывать, что сама она выглядит простовато, и лишь усилия такого замечательного человека, каким, несомненно, является д’Этоль, способны сотворить чудо.

Ее поселили в весьма скромной комнатушке, окна которой выходили на скучное серое строение, объяснив, что большего пока Жанна не заслуживает. И против ожидания, д’Этоль не спешил выводить ее из этой комнатушки. Вновь появились учителя.

Манеры.

Речь.

И актерское мастерство.

Жанне неожиданно понравилось перевоплощаться. Она становилась не собой и в чужих личинах чувствовала себя куда как свободнее, нежели в собственном теле.

Греческая одалиска… турчанка… французская пастушка с увитым плющом посохом… она заучивала образы с рвением, которое удостаивалось похвалы.

– Ваше усердие убеждает меня, что я сделал верный выбор.

– Я счастлива услужить вам, – ответила ему Жанна со всем смирением.

Если судьба ее отныне в руках этого человека – в ближайшем рассмотрении он не сделался хоть сколь бы то ни было приятен, – то Жанне надлежит вызвать у него симпатию к своей особе.

– Молодец, – д’Этоль погладил Жанну по щеке.

Спустя неделю состоялась первая прогулка Жанны.

Ее усадили в легкую коляску, вручив зонтик от солнца и велев прикрывать им лицо.

– Король любит загадки, – так пояснил д’Этоль, который лично следил за тем, как Жанну наряжали. – Его следует дразнить. Недоговаривать.

Жанна запомнила.

На этот раз она видела короля издали и не сумела рассмотреть.