Лунный камень мадам Ленорман

Машка вообще ничего не понимала, но готова была слушать. Женщина хотя бы не о призраках речь вела, а о работе.

– В последнее время он стал немного рассеян. Но такое горе… такое горе… вам говорили?

– Упоминали, – осторожно заметила Машка.

– Его отец погиб! Трагическая случайность, хотя его предупреждали. Он был замечательным человеком. Кирочка очень любил Гришеньку… и Гришенька теперь страдает. Он всегда был чутким мальчиком…

Машка слушала. Голос у Софьи Ильиничны был высоким и визгливым. И порой он больно ударял по Машкиным нервам, которые, оказалось, успели расшататься.

– Мефодий к нему слишком строг. Не специально, нет, но вы же видели этого человека…

– Когда? – вырвалось у Машки.

Но Софья Ильинична на вопрос внимания не обратила.

– Черствая натура. Совершенно не способная к переживаниям. Его даже смерть собственного брата не задела!

Если Машка видела Мефодия Архиповича, то получается… она видела двоих мужчин. И паренек, который разглядывал ее в холле, не скрывая насмешки, никак не может быть нанимателем.

– На похоронах и слезинки не пролил. – Софья Ильинична, оставив в покое Машкину руку, плюхнулась в кресло. Юбка ее, сдобренная многочисленными воланами, задралась, обнажив круглые коленки. – А я так рыдала… думала, что сердце остановится.

Она прижала руки к массивной груди.

– Очень вам сочувствую, – сказала Машка, отводя взгляд и от груди, и от лиловых бус, и от рук с лиловыми, словно испачканными в чернилах, ногтями.

– Эта стерва, Грета, еще смеялась… они все смеялись над Кирочкой, и только я любила его по-настоящему… я говорила ему, что он должен уехать с острова. Что нельзя игнорировать предупреждения. Женщина в белом лишь бы кому не показывается!

– Какая женщина?

– В белом. Призрак, Машенька. Или вы не верите в призраков?

– Я… никогда прежде с этим не сталкивалась.

До сегодняшнего дня. Но язык Машка благоразумно придержала.

– Это ведь старый дом, – махнула рукой Софья Ильинична. – А какой старый дом без истории? Но вы не волнуйтесь, она показывается лишь тем, над кем довлеет рок.

Прелестно. Ничего подобного Машка не ощущала.

– Кирочка ее видел, и не единожды. А Мефодий над ним посмеялся, только, – Софья Ильинична перешла на шепот, – мне кажется, что она и ему показалась…

Если так, то понятно, отчего Мефодий просил не рассказывать о встрече.