В поисках Локи

От того, правда, одна голова осталась, но голова мозговитая, не в пример прочим! Ну и норны, опять же, есть…

Хеймдалль, всевидящий, златоокий, златозубый, светлейший из асов сегодня приуныл.

Как-то уже насмотрелся он на всё.

И всё ему до одури наскучило.

Насмотрелся на то, как рвут на части врагов страшные волки в Железном лесу.

Насмотрелся на рукодельных карликов, до неприличия трудолюбивых и творящих невероятные чудеса в своих подземных кузнях.

Насмотрелся на то, как мочат друг друга асгардцы и могучие синекожие йотуны, испокон веков враждующие друг с другом.

Насмотрелся на то, как пируют после славной битвы павшие на ней воины в чертогах валькирий – Вальхалле. Насмотрелся на то, как живые ублажают друг друга разными способами – вот это, кстати, всегда развлекало грозного стража. Но не сегодня.

Сегодня на его удивительные глаза наворачивались слезы обиды.

Не, ну несправедливо же!

Вот стоит он, такой величественный, такой нужный, страж всего Асгарда, единственный пограничник у радужного моста, связующего миры.

Стоит. И стоит. И будет стоять!

И хоть бы одна сволочь поблагодарила!

Но нет!

А тут ещё этот Тор.

Бессовестный он. И братец его сводный, Локи – тот вообще поганец.

Срамники! Кому ж ещё знать, как не Всевидящему. За их похождениями наблюдать было всегда особенно увлекательно… И теперь, если уж честно, стало скучновато. И, конечно, златоокий, как никто другой, мог понять чувства молодого и горячего бога грома.

Он-то знал, что связывало братьев крепко накрепко, но это совершенно не оправдывало несправедливость обвинений в его, Хеймдалля, адрес. Ну, не зрил он сейчас нигде паршивца, не зрил! И очень глупо за это целить благородному стражу молотом между глаз. Глупо и некрасиво.

Самым неприятным было то, что Хеймдалль всегда хотел дружить с заводным и бесшабашным Тором. Он был воплощением всех представлений стража об идеальном асгардце. Красавец, абсолютно не осознающий этого, и пальцем не шевелящий ради сохранения и приумножения своей красоты, в отличие от тех же Бальдра или Фрейра.

Весёлый и отважный, в каждой опасности видящий забаву, вызов, а в себе того, кто должен его принять. Бескорыстная душа, не просящий за свои подвиги наград – ни золота, ни ласк прекрасных дев. Не заискивающий ни перед кем, прямой и честный – его дружбу нельзя было купить, а любовь завоевать. Тора любили далеко не все. Неудивительно.