Ядовитые узы, или Два зельевара – гремучая смесь

– Сайерона, ты должна вернуться домой, твой дед… Кажется, он серьезно болен.

– Осени себя солнечным знаком, если кажется, – я недобро сощурилась, начиная понимать древних королей, отрубавшим головы гонцам с плохой вестью, – Откуда тебе знать? Кто передал?

Вместо ответа Туо молча протянул свернутую записку.

– Голубь прилетел к домику смотрителя, он отправил меня к тебе.

Голубь… В маленькой гостиной стояла клетка с гибридными особями, способными понимать человеческую речь – а также доставить послание куда угодно.

Дрожащими пальцами я развязала пеньковый узелок и развернула дешевую, чуть шершавую бумагу, что хранилась у деды в секретере.

«Сай, девочка моя, – земля ушла из-под ног, – нам надо увидеться».

Виноватое лицо сокурсника, аллея и предзакатное небо отдалились, оставив меня одну. Или это слезы застили и размыли все, что больше не имело значения? Всемогущее Солнце, почему я не навестила его сегодня, когда была возможность? Почему обижалась? Может, он остался дома именно потому, что почувствовал себя плохо?

Кровь бросилась к щекам, в висках стучало – а если я не успею? Что, если уже слишком поздно?

Но ноги уже несли меня вперед, по короткой дороге через рощу розолистов.

Совсем рядом заградительная стена и тайный ход из двух выдвигающихся камней.

Деда, прости меня.

Мне некому было помешать – все устремились на праздник, а выпускники младших курсов разъехались на каникулы декаду назад, голоса затихли далеко за деревьями. Только тревожные выкрики виверн разрывали небо, словно вторя моей боли.

Как-то нехорошо они раскричались, неужели подрались? Да какая разница… Это деда называл меня «достойной Сайероной» и прочил блестящее будущее, а теперь… гхар, я не буду об этом думать! И деду поставлю на ноги, только бы успеть!

Всего пара шагов до заветной стены… и я нырнула обратно в кустарник, благодаря годами выработанную реакцию. По аллее, шурша мелким гравием, царственно шла мантикора.

Время замерло. Я проморгалась, зажмурилась, а потом снова опасливо взглянула на львицу с драконьими крыльями морковного цвета и темным скорпионьим жалом.

Оно мерно покачивалось из стороны в сторону. Как маятник, отсчитывающий последние секунды моей жизни.

Теперь понятно, виверны учуяли ее. Их загоны всегда ставят как можно дальше друг от друга. Но как, как она очутилась здесь, в прогулочной зоне, где даже значка носить не обязательно? И только последний параноик надел бы его на выпускной наряд. Деда, как же ты был прав.