Мой первый раз. Книга вторая

– А я иду прямо домой! – сказала я.

– Я тоже иду, – буркнул Стёпа.

Мы жили в разных пятиэтажках, но они стояли недалеко друг от друга. Не доходя до моего подъезда, мы встали и замолчали оба.

Рядом деревья, качели, дети бегают во дворе. А мы стоим и молчим.

Я хотела забрать портфель, но Стёпка взял меня за руку и держал её зачем-то. Скорее всего, я покраснела. Но мне было так хорошо, как будто рядом родной человек.

Мы не говорили… Но смотрели друг на друга так, что слов было не нужно.

Вот так и встречаются родные души.

Я почти забыла эту историю. Да и дружили мы со Стёпой недолго. Мы перешли в следующий класс: пришли новые девочки и мальчики. Появилось новое общение и новые интересы. Помню только, что Стёпка всегда улыбался мне как-то особенно. Иногда подмигивал.

Мы стали старше, и Стёпа провожал других девчонок до дома. А я этого даже и не заметила.

Объяснения в любви не было. То есть оно не было произнесено вслух. Я уверена, что и я, и Степка понимали, почему мы так стоим во дворе, держась за руки и смотря друг другу в глаза.

Это таинство случилось. Нам было тогда лет по десять, не больше.

Мы просто были не готовы к этому.

Такая бережность к человеку, когда слова не могут выразить того, что хочешь сказать.

Надо же. Я сама сейчас удивилась…

ЛЕНИВЫЙ ПИСАТЕЛЬ

Моя история о первой любви была настолько давно, что даже имя девочки затерялось в омуте памяти. Эта история не только о дружбе. Тогда мы спали вместе.

На соседних кроватях. Уточню, что всё это было в детском саду, примерно в пятилетнем возрасте.

Единственное воспоминание связано с одной фотографией, где мы мелкие стоим вместе. Я тогда подарил ей цветок! Жёлтый одуванчик.

После детского сада наши пути разошлись. Я пошёл в школу возле дома. И больше я её не видел.

Время шло. Была и подростковая первая любовь. Но это уже другая история.

ВЕЛИКИЙ СТАТИСТИК

Я не помню, каким было первое признание в любви мне.

Нет, не так. Я помню его, но оно было произнесено без слов. Взглядом.

Дети чувствуют и понимают многое, но не всегда могут дать точное название возникшему чувству и облечь его в слова. Я помню взгляд новенького в нашей детсадовской группе, когда он смотрел на меня.

Важно не то, что он смотрел, а как смотрел. Мне было пять лет, и я просто знала, что этот мальчик меня любит. Тогда меня любили бабушка, мама, папа, брат и он.