Мой первый раз. Книга вторая

И если любовь близких воспринималась как что-то естественное и само собой разумеющееся, то его чувства вызывали волнительный трепет. Сразу оговорюсь, что всех этих умиляющих обнимашек двух малявок, вызывающих неописуемый восторг у взрослых, не было. Мы изредка разговаривали, старались сесть друг напротив друга (чтобы чаще встречаться взглядами?) и просто знали, что всё взаимно.

С тех пор я не запоминаю слова о любви. Помню взгляды. Словам можно верить или не верить, обманываться ими, слышать то, чего в них нет, ища скрытый смысл.

А то, как смотрит на тебя человек, расскажет о большем. Конечно, если ты сам способен заглянуть глубже.

НЕПАВИН С.

Вспомнить первое признание в любви не сложно. Сложно вспомнить, какое из них первое.

Да, так бывает. Я был очень влюбчивый и постоянно влюблялся ярко, пылко и каждый раз на всю жизнь. Часто объекты моей незрелой страсти даже не знали, что где-то бродит по уши влюбленный преданный рыцарь.

Я любил любовь. Само ощущение влюбленности доставляло мне такое удовольствие, что я искал его везде и во всех.

Я влюблялся в певиц, актрис, одноклассниц, случайных попутчиц и мелькнувших в проезжающих машинах улыбчивых девушек. Бывало, любил сразу нескольких. И не считал нужным выбирать, в моём сердце хватало любви для всех. Признаний вслух не было, но для себя я точно определял чувство, как то самое безбрежное и безмерное, о чём пишут поэты, из-за чего стреляются на дуэлях и идут на край света.

Но произносить те самые заветные слова я не спешил. Если не ошибаюсь, случилось это довольно поздно по меркам нынешней молодёжи, лет так в восемнадцать, и что самое смешное, любви как раз не было.

Признание было, а любви не было. Настоящее всегда сложно озвучить. А проходное – легко, как попросить закурить. Просто положено было сказать, раз уж вечерами тискаешься у подъезда. Нужно как-то обозначать эти тисканья, желательно пафосно и вычурно.

Всё было по классике: мягкие игрушки, шоколадки и нелепые огромные открытки типа: «45 причин, почему я тебя люблю».

Но любви не было.

Позже я нашёл в своей библиотеке книгу, где на форзаце в строчках пожелания было зашифровано признание в любви. Это был подарок на день рождения. Книгу прочитал с удовольствием, а вот признание не заметил. А оно, получается, было первым. Вот так мне открыли сердце, а я пропустил этот момент. Но это так символично, учитывая мою любовь к книгам. Первое признание было “книжным”.

Ах да, забыл добавить, сейчас я женат на авторе этого признания.