Небо для всех

На что уже Сашенька разумная женщина, но и она поддалась на отцовские подначки и теперь вместе с несчастным доктором трясётся в каком-нибудь вагоне, следующем в неизвестном направлении по прихоти взбалмошного характера старого человека.

– Может быть, оно и к лучшему, – сказал Васильев, когда через час они уже сидели в закрытом экипаже, направляющемся к станции, – Мой «Bleriot» сейчас в Баку. Я думал принять участие в тамошней авиационной неделе, но вместо этого поехал к тебе. Теперь ещё можно успеть на последний день.

На вокзале в Ростове-на-Дону Кузминский купил газету и прочёл вслух: «Уточкин совершил полет на «Фармане» при стечении до 20 000 народа, всех учащихся и большого наряда нижних воинских чинов. Авиатор поднимался 4 раза и летал до 10 минут»

– И вот ещё: «Ожидается прибытие знаменитых авиаторов Васильева и Кузминского, прошедших обучение в школе Блерио под Парижем. Васильеву принадлежит рекорд высоты полёта в тысячу метров во время авиационной недели в Нижнем Новгороде».

– Уточкин, – пробормотал Васильев, – я постоянно слышу эту фамилию. Он вечно оказывается передо мной в тех городах, где летаю я, да ещё и читает лекции для публики. Репортёры потом изводят меня вопросами: «А вот Уточкин сказал», «А вот Уточкин утверждает». Надо с ним, наконец, познакомиться.

Тридцатого ночью друзья прибыли в Баку, и в полдень Васильев уже поднялся в воздух.

За участие в первой кавказской авиационной неделе Александру Алексеевичу заплатили четыре тысячи рублей, которые он до копейки отдал своему другу Кузминскому на покупку нового аэроплана.

В Баку в последних числах октября было ещё тепло. По бульвару фланировали богатые господа в европейских костюмах со своими спутницами. Васильев с Лидой жили в «Метрополе» на Великокняжеской улице и приходили сюда на прогулку.

– Там Саша. Он машет нам, – Лида дотронулась до плеча мужа, засмотревшегося на Девичью Башню.

Васильев взглянул, куда показывала Лида и увидел Кузминского за столиком летнего ресторана.

– Прошу любить и жаловать, маэстро Уточкин Сергей Исаевич. А это, – Кузминский протянул в сторону Васильева открытую ладонь, – ваш теперешний соперник в небе Александр Алексеевич Васильев со своей супругой Лидией Владимировной.

Авиаторы крепко пожали друг другу руки.