Жизнь – что простокваша

В субботу после занятий ожидали нас недалеко от школы сани.

– Родители досаждали… Дети, мол, голодные, – жаловался возчик.

– Конечно, голодные, – согласился Ваня, – выручили деньги, которые давали на кино.

Машу Шаравину и меня поддержали хозяева.

В воскресенье после обеда тот же возчик увозил нас в районный центр. Сани были забиты продуктами: каждый вёз «про запас» мешок картошки, укутав её старыми шубами, для надёжности на неё в больших тулупах усадили ещё и нас. Остальным продуктам: хлебу, маслу, молоку, лапше и квашеной капусте – 30-градусный мороз был нипочём.

Восторженно рассказывая родителям о школьном вечере, просила не беспокоиться, если меня не будет. Мама соглашалась:

– Хорошо, оставайся. Особенно, если тема будет интересная. Молодёжных компаний избегать нельзя.

Бабушка Зина, постаревшая, осунувшаяся, пеняла матери:

– Тебе их не жалко? Совсем от рук отобьются вдали от родителей! Изочку одну Бог знает куда отправила – пропадёт девчонка!..

– Не волнуйся, альтмама, мы уже большие.

Нам учиться надо! Всё будет хорошо! – прижалась я к ней.

Я впервые уезжала с тяжёлым сердцем – душу сковала жалость, смотрела на дорогих мне женщин до поры, пока сани не завернули за угол. Всю дорогу мысли вертелись вокруг старой больной бабушки, устававшей от ежедневного детского крика.

Зима набирала силы. Морозы сменялись длительными метелями. По субботам нам привозили продукты и запрещали отправляться в дорогу.

Я радовалась: можно было посещать школьные вечера.

Подготовить по два вечера в году – занятие несложное, и старшеклассники, соревнуясь, изощрялись и фантазировали. И если – не дай Бог! – восьмой «а» выступал хуже восьмого «б» или восьмого «в», клевали: «Позорники!», «Бесталанная команда!» Но такое случалось редко. Обычно слышалось:

– Девятый «а» – великолепно!

– Девятый «б» – замечательно!

– Девятый «в» – восхитительно!

– Все – каждый по-своему – хороши!

Литературные вечера, посвящённые Пушкину, Гоголю, Тургеневу, Толстому, Чехову, были, разумеется, благодатными темами.

Возникало сомнение (совершенно, оказалось, напрасное), пройдут ли так же интересно вечера точных наук: химии, математики, физики.

Мы не только получали эстетическое наслаждение, но и, развлекаясь, повышали общеобразовательный уровень – узнавали о многом, чего не было в учебниках. В новом свете представали жизни Ломоносова, Софьи Ковалевской, супругов Кюри.