У березки я заплакал

Возник естественный вопрос: для кого теперь жить? Наверно, и Ксения Петербургская задалась этим вопросом, когда неожиданно умер ее муж, которого, кстати, тоже звали Андреем. Прости меня, Леонид, за слезы, не могу сдержаться. Я ведь не каменный, хотя и летчик. Почему Господь к нам так несправедлив, забирает самых лучших людей? Еще раз прости за мою слабость…

Далее из разговора с Андреем Петровичем я узнал, что после трагической гибели Оли он все же побывал в Ленинграде у ее матери, которая не смогла из-за непогоды прилететь на похороны дочери.

Мать рассказала, что этой смерти Оли она ожидала, но только ничего ей об этом не говорила.

Оказывается, в раннем детстве Оля очень сильно заболела, врачи помочь ей ничем не могли. Девочка таяла на глазах, принося матери сильное горе. Оля уже никого не узнавала, не могла даже принимать лекарства. Из груди ее вырывалось страшное хрипение. Все шло к тому, чтобы матери расстаться с дочерью навсегда.

Будучи верующей, мать решилась на последний шаг – отслужить молебен о выздоровлении дочери.

А заодно попросить священника, если есть возможность, помолиться за Оленьку.

Молебен был отслужен. В последующие три недели батюшка, которого звали отцом Василием, три недели приходил навещать больную Олю. Из маленького пузырька он накапывал в рюмочку всего несколько капель какой-то бесцветной жидкости, затем доливал в рюмку простой воды и давал больной выпить. Грудь одновременно смазывал маслицем. Позже мать узнала, что вода и маслице были освящены на могиле Ксении Петербургской.

Процедуру батюшка проделал семь или десять раз. Первые три дня ежедневно, а затем через несколько дней. Одновременно он читал молитвы и Евангелие. В молитвах обращался о выздоровлении Оли к Господу, Богородице и святым.

Но однажды отец Василий подошел к матери и сказал, что ему было видение. Оля выздоровеет, но проживет со дня выздоровления ровно двадцать лет. Именно столько ей было отпущено Богом в этой жизни.

Мать тогда восприняла эти слова не более, как радость: «Доченька останется живой!» Оля выздоровела, стала верующей.

Мать в ней души не чаяла. Но не забывала и о дате выздоровления дочери, которая все чаще и чаще напоминала о приближающемся исходе жизни Оли. Так оно и случилось: самолет, в котором летела Оля, разбился именно в Пасху, как было предсказано о судьбе дочери.

После рассказа о встрече с матерью Оли, Андрей Петрович поведал мне, что по состоянию здоровья он уже не летает, в конце концов женился и имеет двоих пацанов.