Донская круговерть. Круизы юности моей

Нижняя палуба не уступала отделкой главной. Улыбка поселилась на моем лице, как только я сошел с последней ступеньки трапа  – это именно «нижняя палуба», а не трюм, что было на «Здоровцеве». Несколько шагов привели нас к двери под номером 133. Момент истины настал!

Мама вставила ключ в замочную скважину и нажала ручку двери. Та бесшумно поддалась, открыв нашим взорам внутреннее убранство каюты. Остатки разочарования от категории 3Б застрелились и растворились в облегченном общем выдохе, вырвавшемся из затаивших дыхание легких:

– Ах! – только и хватило духу вымолвить.

Первый взгляд, первое впечатление порой решающие с точки зрения эмоционального восприятия увиденного. И на этот взгляд представившаяся нашим взорам каюта окончательно и полностью рушила представления о каютах на нижней палубе, сложившиеся после «Степана Здоровцева».

Она оказалась действительно миниатюрной, но оттого, возможно, выигрывала в уюте. Пол покрывал ковер, прямо перед нами два средних размера иллюминатора: стало быть, это не эвакуационный аварийный выход.

Столик с графинчиком и четырьмя стаканами приветливо смотрелся между полками, аккуратно застеленными и, по всей видимости, мягкими. Сразу слева от двери была небольшая ниша, замещающая собой шкаф для одежды, оснащенная крючками и вешалками. Пространство напротив нее было выгорожено стеной, за которой, полагаю, было какое-то технологическое помещение. Вероятно, именно из-за этого фактора площадь каюты уменьшалась относительно стандартной на половину квадратного метра, отчего ей и присваивался класс 3Б.

Штатного умывальника не было, скорее всего, каюты нижней палубы в принципе не оснащены ими.

Мы завалились внутрь, автоматически распределили полки в полной аналогии с железнодорожным купе: дети наверху, взрослые внизу. Думаю, родители только приветствовали подобный наш с сестрой выбор. Раскидали по кроватям дорожные пакеты с постельным бельем и полотенцами – при продаже билетов нас предупредили, что белье и полотенца в стоимость билетов не входят и при необходимости оплачиваются отдельно, хоть посуточно, хоть на весь рейс.

Может быть, это и маркетинговый трюк такой, чтобы формально снизить стоимость билетов, хотя если пассажир действительно плывет на теплоходе как на рейсовом транспорте и маршрут его не предусматривает ночевки, то продажа билета без белья выглядит вполне логичной.