Духовный цветник оптинских старцев. Утешение, покой и радость

Но они не оставили нас. Их наследие – письма, дневники, записи бесед, наставления и советы – даже по прошествии столетий оберегает нас и направляет на верный путь. Действительно, даже письма великих подвижников пронизаны этой любовью – искренней, сердечной, нелицемерной. Ведь привести к Богу других, как писал святитель Игнатий (Брянчанинов), могут лишь те, кто сам пришел к Нему прежде, так стоит ли искать истину в неведомой дали, если познавшие ее – совсем рядом?

И мы надеемся, что их наследие, представленное в нашей книге лишь малой частью, поможет вам почувствовать эту великую любовь – и обрести путь, ведущий к Богу.

Оптина пустынь

«С принятием Русью святого христианства, – пишет архиепископ Евлогий (Смирнов), – тотчас вошло в ее духовную жизнь и старчество, и глубокое понимание его в святоотеческом духе и смысле, начиная с Киево-Печерского монастыря и кончая… Оптиной пустынью».

Старчество было основной чертой Оптиной пустыни – обитель прославилась своими старцами.

Пустынь в ХIХ-ХХ веках считалась духовным центром русской религиозной интеллигенции, местом православного паломничества.

Оптинские преподобные были воспитанниками старцев, а затем сами наставниками. Они передавали эстафету старчества, которое не пресекалось в Оптиной более ста лет. Павел Флоренский называл Оптину пустынь «духовной санаторией израненных душ».

Начало старчества в Оптиной пустыни связывают со временем переселения в нее старца Льва (Наголкина).

Он и стал первым Оптинским старцем, родоначальником всех старцев Оптинских. Настоятель, преподобный Моисей, поручил ему окормлять братию и богомольцев. И в течение 12 лет, до дня своей смерти, отец Лев являлся духовным наставником Оптиной пустыни.

Не всем по душе пришелся новый порядок. Если раньше монахи в основном обращали внимание на внешнюю сторону жизни: соблюдение постов, бдение, вычитывание молитв – и в этом полагали сущность монашества, то внутренней его стороне – укреплению духа, очищению совести, откровению помыслов и отсечению своих хотений и разумений не придавали особого значения.

Каждый подвизался, как умел. Однако, несмотря на доносы, запреты и гонения, старчество продолжало укрепляться.

Еще более расцвело оно благодаря деятельности кроткого и смиренного старца Макария, который был ближайшим учеником, сотаинником и помощником преподобного Льва.