Окситоциновая эволюция

– Оксана Николаевна, вы такой хороший доктор, это сейчас большая редкость. Вы только никуда не уходите и ведите приём, а я все заполню, – увещевала она.

Год в Курске получился спокойным. У нас началась самостоятельная жизнь: Дима стал зарабатывать хорошие деньги, а я начала чувствовать, что такое быть педиатром. В Курске я получила права, села за руль. Всё шло своим чередом.

Но вот проект, на котором работал Дима, завершился. Перед нами встал вопрос: «Мы остаемся жить здесь или двигаемся дальше?» Казалось, что нам пока рано замораживать себя в такую уютную стабильную жизнь.

Мне было комфортно, но я не была согласна всю жизнь работать в поликлинике. Я хотела двигаться дальше, в более сложные интересные вещи.

Например, я приходила на дом осмотреть ребенка с ДЦП, заболевшего ОРВИ, и с ужасом осознавала, что боюсь его! Я ничего в нём не понимала. Мне не хватало знаний, опыта. За время учебы я не сталкивалась с такими детьми. Для меня это был настоящий вызов. У меня возникло неприятное ощущение, что я – лишь винтик системы.

Да, эта система работает, мне повезло с медсестрой, мы лечим детей стандартными схемами, а если ребенок осложняется, отправляем в стационар и снимаем с себя ответственность.

А тут, столкнувшись с детьми с ДЦП, я испытала странные глубокие чувства: мне было очень жаль этих детей, но вместе с тем я ощущала полную беспомощность. Меня учили столько лет, а я не имею представления, как выслушать хрипы у такого ребенка, ведь он хрипит всегда, даже когда здоров! Его мама объясняла мне: «Это не хрипы.

Если будут хрипы, я вам скажу».

Диме предложили шикарную работу в Ростове, и мы решили уезжать из Курска, хотя коллеги не хотели меня отпускать. Два месяца мы провели в Ростове. Найти работу педиатром было очень сложно, каждый год в городе выпускается огромное количество специалистов. Я подумала, может быть пойти и преподавать фитнес? Мне всегда нравилась физкультура, и я точно знала, что я – кинестетик, и воспринимаю мир через ощущения тела.

Телесный опыт – это весомая часть меня.

Начался август. Мы спешили переехать, найти работу, устроить Даньку в школу, ему исполнялось семь лет. Но как только я все это сделала, мужу предложили работу в Москве. Это было как гром среди ясного неба.

В ОБЪЯТИЯ МОСКВЫ

Мы никогда не стремились в Москву. Для меня этот город был чем-то недосягаемым. Москва – это там, где сложно, тяжело, дорого и очень много людей. Вряд ли это про меня.