Тень в зеркале

Конечно, можно было заняться спортом в прекрасно оборудованном тренажерном зале и поплавать в бассейне, но чаще всего я просто сидела в своей комнате – читала и смотрела фильмы.

Однажды вечером ко мне заглянул отец.

– Можно? – он одобрительно посмотрел на меня, устроившуюся на диване. – Ну вот, совсем другое дело. Выглядишь выздоравливающей. Ничего пока не вспомнила?

– Нет, – я слегка виновато покачала головой.

Он вздохнул и, остановившись надо мной, продолжил:

– Нам придется дать небольшое интервью.

Завтра приедет журналист.

– Зачем? – я удивленно подняла на него глаза. Мне казалось, мы прячемся от прессы и вообще не хотим выставлять частную жизнь на всеобщее обозрение.

– Пойми, Мика, – он снова вздохнул, – о тебе ходит множество разных слухов. Для моей репутации лучше их пресечь. Встретишься с журналистом буквально на пятнадцать минут, в моем присутствии – пусть в прессу попадет достоверная информация.

– Ну, хорошо, – я пожала плечами. – А о чем он будет спрашивать?

– Вот список вопросов и твои ответы.

Прочитай, пожалуйста, и постарайся запомнить, – отец протянул мне листок.

Я его проглядела. Вопрос про аварию – мой ответ про неисправность машины и плохое сцепление с дорогой. Вопрос о здоровье – все отлично, семья меня поддерживает, а стены родного дома буквально исцеляют. Вопрос про Лондон – да, вернусь туда, чтобы закончить обучение, но жить буду только в России.

Такое ощущение, что отец готовится к предвыборной кампании. Впрочем, так вполне может быть.

Ничуть не удивлюсь.

Из этого интервью следовало, что я – примерная папенькина дочка, патриот своей страны и полностью здоровый человек, не имеющий никаких проблем ни с памятью, ни с самосознанием.

Ну что же, надо так надо.

– Я все запомню, – пообещала я.

– Вот умничка! – он потрепал меня по макушке и поспешил, занятый очередными делами.

В ночь перед интервью мне приснился кошмар.

Я не запомнила подробностей – сцены словно выступали из темноты.

То я в какой-то маленькой часовенке стою у гроба, засыпанного цветами.

Вокруг – все серое от дыма свечей, пахнет ладаном и горячим воском, а еще лилиями, не зря их называют цветами смерти. От этого кружится голова и волнами накатывает тошнота. Стараясь удержаться на ногах, я опираюсь рукой о гроб, и тут, наконец, вижу лежащего в нем человека. Это девушка в красивом белом платье. Ее лицо кажется смутно знакомым. Я наклоняюсь ниже, чтобы разглядеть его, и тут кто-то толкает меня в спину.