Ангелов недооценивают, не правда ли?

– Боюсь, у вас нет выбора. Мне нужно найти кое-что, спрятанное глубоко под Москвой.

Я готов был поклясться, что невидимые соглядатаи в этот момент полыхнули древней и неукротимой злобой, способной раздавить любого, но люди в полутёмном помещении ничего не замечали своими жалкими органами чувств.

– Правда считаешь, что мы будем играть в твои дурацкие игры? Понятия не имею, что за человека или существо ты сшиб час назад, и ты даже можешь забрать своё барахло, раз так жаждешь развлекаться, а мы уходим, – хозяин вскочил и решительно высыпал из рюкзака железяки, со звоном разлетевшиеся по поверхности стола.

Одна из них откатилась слишком далеко и чуть не упала, но Паша успел поймать её, сильно сжав при этом ладонь, и тут же отдёрнул руку, как от ожога, но труба осталась в сжатом кулаке и всё раскалялась, превращаясь в подобие расплавленной руды, а Паша орал, как ненормальный, не в силах смахнуть её.

Что бы не следило за нами из толщи земли, сейчас оно испытывало жгучую и мстительную радость.

Паша рухнул обратно на стул и разжал ладонь, а мгновенно остывшая трубка упала на пол, зловеще позвякивая.

На коже не было ни следа – даже малейшей красноты. Парень чертыхнулся и с опаской поддел кедами валяющуюся у ног железку, но Костя сам подобрал её и сунул в рюкзак, внимательно осмотрев ничуть не пострадавшую от нагрева бирку и весело сообщив:

– Отлично, один у нас имеется. Я знал, что оно выберет тебя. Ждём решения остальных.

Побледневший Паша с опаской покосился на другие артефакты, переливающиеся в тусклом подземном освещении, и вдруг со злостью выпалил:

– Нина, не вздумай прикасаться к ним! А ты настоящий псих.

Хозяин рывком поднял застывшую от ужаса дочь и хотел уйти, но Нина вырвалась и вернулась к столу, сверкнув упрямыми глазами.

– Не вздумай! – крикнул отец, а Костя откинулся на стуле, скрестив руки, и с вызовов изучал её потемневшее лицо.

– Да бросьте, ясно же, что мы в игре, – Нина начала лихорадочно перебирать одну трубку за другой, отпихивая растерявшегося отца, пока очередной артефакт не зажёгся прямо в её кулаке.

 – Ой! – её вопль долго пульсировал в ушах, но когда она выронила трубку, то дико расхохоталась, – Разве вам не очевидно, что выбора-то у нас и нет? Костя прав. Папа, давай, сделай это.

– Нина! – в голосе хозяина мелькнула боль – теперь он жалел, что просто не скрутил девчонку, пользуясь силой.

– Я хочу начать, – Нина совсем обезумела.

Хозяин поднял раскрытые ладони и тихо сказал:

– Нет.