Мать. Вопросы и ответы 1953 г.

Это обстоятельство и вводит их в заблуждение, создает иллюзию собственной исключительности, – всего лишь потому, что какой-то, в сущности, небольшой, промежуток времени они могут оставаться в неподвижности, не разговаривая и «ни о чем не думая». Но, как у меня и написано, любое внешнее беспокойство, какое-нибудь невинное обращение вроде: «Извините, но к вам пришли и ждут вас» или: «Прошу прощения, сударыня, но у вас плачет ребенок» немедленно вызывает у них ярость и негодование: «Ну вот, теперь медитация нарушена! Испорчена безнадежно!» Я сама не раз была свидетельницей подобных случаев.

Что же можно сказать о людях, настолько «серьезно» относящихся к своей медитации, что они впадают в гнев при малейшем беспокойстве извне? Естественно, их поведение не может служить признаком высокого духовного совершенства. Они готовы обрушить свой гнев на любого, кто помешает им, они негодуют на весь свет, из-за того что нарушено блаженство их медитации.

Разумеется, среди практикующих медитацию есть и такие, кто действительно умеет это делать.

Один из наиболее эффективных способов, который используется опытными людьми, – это (в отличие от собственно концентрации на какой-либо отдельной мысли или идее) глубокое внутреннее созерцание при полном внутреннем безмолвии, состояние, которое позволяет им, по их убеждению, войти в единение с Божественным, – если это так, то это правильное, истинно высокое состояние. Другой метод – по-настоящему доступный лишь немногим – это как раз концентрация, вы сосредотачиваете все свое внимание на какой-либо идее с целью достичь тождества с ней и благодаря этому постичь ее содержание во всей его полноте – и это тоже верное состояние, если оно, конечно, достигнуто. Обычно же при медитации люди проводят большую часть времени в попытках достичь глубокого сосредоточения, но на самом деле приходят просто в некоторое полусонное, полудремотное и своего рода «глубокое» состояние, – но это состояние глубокого тамаса. В этом безжизненном, заторможенном состоянии, когда затухают мысли и чувства, тело застывает в неподвижной позе, они могут оставаться в ней часами, – потому что нет ничего более стойкого и неизменного, чем косность и тамас! Все это, все, о чем я вам здесь рассказываю, мне известно непосредственно из опыта людей, занимавшихся медитацией ради духовного роста. Самое интересное здесь то, что эти люди каждый раз после своей «медитации» искренне испытывают чувство уверенности, будто совершили нечто значительное, важное для своего развития.