Весенняя жатва

– Ну-ну, полегче. Не надо драмы, – девушка всем телом повернулась к посетителям и глазами показала на дверь, – а вы пошли вон. Быстро.

Горчаков почувствовал, как холодная капля течёт по спине и как шумно задышала испуганная клиентка, а потом пулей вылетела из магазина.

– Что здесь происходит? – голос его резко сел, но участковый плавно переместил кисть к кобуре, мысленно гадая, прыгнет ли девушка и что он будет делать, если да.

– Смелый? Похвально! – девушка смешно дёрнула головой, как и та, на дереве, по-птичьи.

 – Но я проблем не хочу. Шёл бы ты, дядечка, откуда пришёл.

Хозяин наконец забулькал и внятно произнёс:

– Маша. Прости, я не хотел… Прости меня.

– Что, пригорело? – презрительно скривилась Маша, вдруг превратившись почти в обычную девушку, только в грязной одежде и злую.

– Я всё отдам, клянусь. Расплачусь за всё.

– Ага. Конечно, – девушка осмотрела себя, – только шнурки погладим. Ты на мне ездил, эксплуататор фигов, так теперь моя очередь, – Маша опять уставилась на Горчакова глубокими серыми глазищами, – Чего ждём? Особого приглашения? Этот хмырь надо мной измывался почём зря, зато теперь мы с ним потолкуем по душам.

Если ты, полиция, волнуешься за население, так не боись. Жить будет. Уйди, а?

– Всё нормально, – подал голос хозяин, вытирая рукавом выступивший пот, – мы сами разберёмся.

Горчаков хотел ещё допросить его, но под тяжёлым взглядом девушки вдруг растерялся, как ребёнок, еле справляясь с накатившей волной – желание выйти за дверь буквально толкало изнутри.

Он послушался и с облегчением втянул прохладный уличный воздух.

Собака радостно завиляла и подняла голову, оценивая настрой Горчакова. Тот растерянно тёр висок и осмысливал, почему он только что безропотно и трусливо покинул место, где могло произойти бог знает что.

– Что же ты, дружище, не почуяла чужака? – Горчаков обернулся и всмотрелся в зеркальную поверхность витрины, скрывающей развитие событий. – Там девчонка из этих… Которые по деревьям скачут.

Собака приглушённо тявкнула, когда он собрался толкнуть тяжёлое стекло, и мягко оттёрла мужчину от дверей.

– Не хочешь пускать? – Горчаков попытался обойти препятствие, но та очень культурно обнажила клыки и явственно зарычала. – Так, я не понял. Это сейчас что было?

Наконец стряхнув наваждение, Андрей Горчаков смерил глазами обнаглевшую дворняжку и зло топнул ногой, но чуть не столкнулся с массивной дверью, вылетевшей навстречу.