Женщина опасного возраста

Понятное дело, Лариса не очень-то поверила такому удивительному раскладу, но и равнодушно бросить неприкаянного подростка тоже не решилась, велев хватать в охапку музыкальный инструмент и тащить свою пятую точку на самый вкусный в мире чай с мёдом и сырниками.

Девочка оказалась жадной до еды, как будто взаправду целый день просидела на холодном подоконнике без крошки хлеба, и Лариса за раз крепко подчистила содержимое холодильника, поражаясь, как такая прорва еды влезла в щуплую девицу не выше полутора метров ростом.

Заодно та поведала, жуя и давясь, что родная мамка у неё злая, а вот папка добрый и хороший, только не справляется с маминым самодурством.

Загадочным образом в Ларисе пробудились неведомые ранее материнские чувства, и она сходу предложила девочке приходить к ней в любое время дня и ночи, хоть поесть, хоть переночевать, а хоть и просто выговориться. Сейчас, когда она рассказывала мне всё это, ей и самой показалось странным, что она вот так прикипела к совершенно чужому ребёнку, даже не попробовав разобраться с родителями или задуматься, как много брехни напихано в жалостливую девичью историю.

Выставив себя благодетельницей, переживающей из-за малого вклада в жизнь посторонней девчонки, Лариса искренне прятала виноватые глаза и покусывала губы – её реально угнетало происходящее, но она всё ещё не уловила, что проблема вовсе не в ней, а в её подопечной, присосавшейся к излишне чувствительной дамочке.

Похоже, маленькая хищница ещё только распробовала новое блюдо, и оно ещё не потеряло всей свежести.

Наоборот, Лариса наверняка даже поправилась в последнее время, ведь те несметные количества пищи поглощала сама хозяйка, чтобы компенсировать потерю сил от вмешательства действительно голодного существа.

Признаки увядания совсем ещё незаметны, только усталость притаилась в уголках встревоженных глаз и румянец чересчур лихорадочный, но пока аппетит у Ларисы зверский – а она не заметила, как умяла целый литр кефира с пышным багетом – я бы оценила её шансы на выживание, как крайне высокие.

Надо успеть прижечь гнездо.

За бабкиной дверью меня по-прежнему ждала гробовая тишина, небось внучка отсыпается после ночных бдений или в школе прилежно притворяется человеком.

Я спустилась закинуть свои покупки на кухню и заодно поработать над новой главой романа, пока полдень и твари вполне безобидны. Издатель тактично умалчивал о приближающихся сроках, но я знала, что затягивать не стоит, а от моей героини чего угодно можно ожидать.