Женщина для хозяина

Он ещё больше наклонил голову и чёрная прядь упала на высокий лоб, а Василиса потянулась поправить хозяину причёску, но тот отпрянул.

– Не трогай без разрешения.

– Прости…

– И не надо постоянно извиняться. Во что тебя вырядили? Это мешок?

– У меня нет приданого, хозяин. По традиции нас…

– Да знаю я традиции, но нельзя же присылать девушек в отвратительном рубище? О чём они там думают? Я же не робот, неужели нельзя проявить немного изобретательности и выдумки? С таким-то финансированием. Жадные и упёртые ханжы, вот они кто.

– Эти замечания можно передать матушке Анне, наверняка она…

Ещё чуть-чуть, и паника накроет девятым валом. У Василисы онемела спина и вдоль позвоночника выступила испарина, но она продолжала стоять и смотреть прямо в глаза своему мужчине.

– Ага, а толку? – посетовал он и принюхался. – Тут-то уже здесь. А душ? Тебя хоть помыли перед дорогой?

Василиса вспыхнула от стыда.

– В монастыре баня раз в неделю. Последний раз была в пятницу.

– Я так и понял, – хозяин взял её подбородок двумя пальцами и приподнял, так что кончики носов почти соприкоснулись, – а ну-ка марш мыться.

– Где я могу помыться, хозяин? – с готовностью откликнулась Василиса, нещадно давя возмущение в зародыше. Она-то в чём виновата? Это всё матушка Анна, чтобы её черти забрали.

Мужчина убрал руку и Василису охватило разочарование. Её отсылают? Мыться? Не так она представляла их встречу. Но главное то, что её, кажется, оставят. Хвала Древним, она всё-таки нужна хозяину.

– Вон там, – он махнул туда, откуда пришёл, – тебе всё покажут.

– То есть это будешь не ты?

Он нервно и резко рассмеялся.

– Что? Я? Василиса, а ты ничего не путаешь, часом? По-моему, это ты должна слушаться меня, а не наоборот. Кто кого собрался мыть?

– Мы можем… – она не смогла закончить фразу, но пунцовая краска залила даже шею.

– Тебе придётся очень и очень постараться, чтобы я позволил тебе приблизиться настолько близко, – он навис над девушкой, превращая её в робкую овечку подле волка.

Последние два слова были сказаны столь глубоким бархатным баритоном, что Василиса окончательно оробела, как загипнотизированная от ужаса мышь, а не овца. Он сделал шаг в сторону, широким жестом приглашая ступить на порог покоев, и девушка стремглав бросилась прочь, подобрав обрезанный край платья.

Вопреки ожиданиям, здесь не было кровати, а только столы, беспорядочно расставленные стулья и бумажные книги на полках от пола до потолка.