Трансперсональная психология. Новые подходы

Про психоделическую революцию написано достаточно много статей и книг как в России, так и за рубежом, и здесь я только выскажу свое мнение по поводу эпохи ЛСД и ее главных участвующих лиц. Это прежде всего химик Альберт Хофман, дебошир Тимоти Лири, психоаналитик Джон Лилли, психиатр Станислав Гроф, писатели Кен Кизи и Олдос Хаксли. Все они по-своему были лидерами психоделической революции, кто-то как создатель, другой – популяризатор, учитель, лектор, «гуру», исследователь, но при этом все они вместе и каждый по-своему создавали новое движение.

Психоделическая революция 60–70 годов XX века, я полагаю, одно из самых неоднозначных явлений в истории. С одной стороны – новые исследования сознания, возможный прорыв в психологии и психиатрии, личный мистический опыт, свобода, удовольствия, развлечения, беспечность, с другой – безумие и суицид, уголовные преследования и наркотическая зависимость. Масштаб этого культурного явления огромен, как и эмоциональный резонанс, но все же эксперимент был очень опасным.

Вряд ли Альберт Хофман, создавая вещество под названием ЛСД-25, думал о таких серьезных последствиях, которые потом возникнут. «Хофман, поначалу занимавшийся исследованиями средиземноморского морского лука, через некоторое время тоже переключился на спорынью. В течение восьми лет он методично синтезировал одну молекулу производных эрготамина за другой, проверял их на животных и, получив неблагоприятные результаты, принимался за следующую.

Теоретически он хотел открыть новый аналептик – лекарство от мигрени…» [16]. А в итоге получил сильнейший галлюциноген ЛСД-25, который чуть не изменил весь мир. Сам Хофман вспоминал: «Для исследования гликозидов морского лука и первых работ над спорыньей я все еще пользовался старыми способами разделения и очистки времен Либига: частичной экстракцией, частичным осаждением, частичной кристаллизацией и им подобными. <…>

Лизергиновая кислота оказалась весьма нестойким веществом, и связывание ее с основными радикалами вызывало трудности.

В конце концов я нашел способ – метод, известный как синтез Курциуса, работавший для соединения лизергиновой кислоты с аминами. <…>

В дальнейшем я применил свою процедуру синтеза, чтобы получить новые соединения лизергиновой кислоты, не выделяющиеся маточной активностью, но от которых, основываясь на их химическом строении, можно было ожидать других интересных фармакологических эффектов.