Рассеять тьму

Упырь налетел на один из них и был ловко отброшен в сторону, но торжествовать победу оказалось рано. Пролетев довольно внушительное расстояние, нечисть с силой врезалась в прутья охранительной клетки. Та содрогнулась от сильного удара, увы, не причинившего мертвецу никакого вреда. С животной проворностью, в мгновение ока перевернувшись на четвереньки, упырь вновь набросился на обидчика, с ещё большей стремительностью и напором, низко, утробно урча.

Вертанувшись вокруг себя юлой, Лоуэл ловко насадил упыря на копьё, прокатил его, как на карусели и отбросил от себя.

На сей раз нечисть повалилась на спину и злобно зарычала, открывая клыки – не змеиные, парой, а как у акулы, в несколько рядов, треугольные, остро заточенные, чёрные.

Между губами потянулась узкая полоска клейкой слюны.

На этот раз тварь медленно перевернулась на живот и, по-змеиному осторожно, поползло вперёд.

Вновь крутанув своё оружие в руках, Лоуэл ударил одним из концов в пол, вонзая в него острое навершие.

Металлическое тело на глазах изменялось, преображённое магией, словно внутри него проснулся водопад. Я явственно услышала шум льющейся воды, как если бы она под напором потекла по камешкам. Пол вокруг Лоуэла шёл трещинами, пока круг не замкнулся и по нему, как по рву, не потекла вода.

– Ничего себе поворот! – тихо выдохнул Вин.

Вода не просто наполнила образовавшийся резервуар, она текла по кругу, как змея, постоянно проглатывающая свой хвост, замыкаясь в систему, способную циркулировать постоянно.

– Вот это спецэффект! – хмыкнул неугомонный Вин.

– Спецэффектами упыря не остановить, – небрежно ответил ему Ньют, не отрывая взгляда от всего происходящего. – В отличие от настоящей текущей воды.

Светлая, прозрачная, она являлась непреодолимой преградой для любого вида нежити. Кроме той, что сама в ней обитает.

Упырь рычал от ярости, как дикий зверь. Покачиваясь, двигался он вдоль водяной линии, надеясь найти в ней хоть малейший прорыв.

Я сомневалась, что наколдованной воды окажется достаточно для того, чтобы нежить остановить, но Лоуэл, кажется, и не ставил перед собой такую задачу? Пользуясь минутной передышкой, он принялся чертить ловушку.

Тот самый пентакль, о котором я говорила ранее, послужил отличной для неё основой, дополненный знаками, значение которых в отдельности я могла прочитать, но в связке не понимала.

Пока Лоуэл чертил, упырь не оставлял попытки пробиться через границу бегущей воды.