Снежана

Овца, отведённая на заклание к дракону, – с отвращением проговорил он. – Чувствуешь себя несчастной жертвой? Горькая участь, исполнение супружеского долга с убийцей того, кто был тебе дорог? Не исключаю, что на моём месте ты сейчас хотела бы видеть его.

– Не говорите глупостей! Шийон – мой брат, и мы…

Кольцо на её горло сделалось достаточно тесным, чтобы слова сами собой застряли на губах.

– Довольно, – прошептал он яростно, склоняясь к её уху. – Лучше замолчи. Мне знакомы различные оттенки этой «братской» любви.

Она была словно котёнок, попавший в пасть к волкодаву. Ионэр, хоть и выглядел стройным и сухощавым, был силён, как бык. Сопротивляться силе его стальных мускулов было тоже, что стремиться вырваться из стремнины – чем больше рвёшься, тем сильнее затягивает.

Когда его рот накрыл собой губы Снежаны это было неожиданно и жёстко. Ощущалось так, словно небо и земля мигом перевернулись – как резкое падение, от которого занялся дух.

Губы Ионэра были твёрдые и горячие. В поцелуе не было ни тени нежности, однако при всей напористости в его натиске не было грубости.

Принц гнул, но не ломал. В его руках Снежана чувствовала себя хрупким сосудом, но, к собственному удивлению, неприятно ей не было.

Его объятия напоминали о клетке. Руки окружали со всех сторон – не вырвешься, но свободы и не хотелось. Поцелуй лишал Снежану дыхания. Голова её кружилась, как от игристого вина.

И когда он отпустил её, Снежана испытала разочарование.

Теперь его ладонь больше не держала её за горло, а поддерживала, лаская затылок:

– Какой приятный сюрприз, милая жёнушка, обнаружить, что в твоих венах течёт кровь, а не молочный кисель.

Даром, что вид свят – рот разгарчив. Считай это задатком или обещанием. Мы обязательно продолжим урок, когда ты будешь в более подходящем для этого настроении.

Снежана смотрела на принца с нескрываемым удивлением и наткнулась на его усмешку:

– Не ожидала от меня деликатности? Я не чудовище, поверь мне. Ты не случайная женщина в моей жизни, о ночи с которой можно забыть поутру.

Я хочу, чтобы ты знала – твои чувства не безразличны для меня. И я не стану принуждать тебя к соитию, пока на моих руках ещё дымится кровь твоего родича. Я прошу тебя поверить в то, что я не хотел и не планировал его убивать. Я пришёл к вам строить мосты и создавать союзы, а не рушить их, наживая врагов. Но твой кузен глупо подставился сам и подставил меня.

– Вы могли…

– Не убивать его. Вы это уже говорили. Отвечу, что так и планировал.