Товарищи курсанты!

Пример тому пожары, когда неоднократно горела Москва, в частности в 1812 году при нашествии Наполеона и других, возникавших ранее катаклизмах. В результате чего исчезали целые пласты Истории Российского государства.

Продолжаю свое путешествие на Запад, в неведомые для меня, до сегодняшнего дня, чуждые земли. Где я надеялся поступить в военное училище. Пока пытаюсь адаптироваться в незнакомой среде, а главное понять язык общения, на котором переговариваются проводницы одетые в красивую униформу. К сожалению, не получается.

Оставлю свои потуги в языковедении до лучших времен. Незаметно под мерный стук колес засыпаю. Утром проснулся с легким сердцем, не испытывая дискомфорта. Анализируя порой прошедшие годы юности и армейской службы, удивляюсь легкости принимающих собой тех или иных решений. Все было просто, понятно и не отягчалось анализом сказанного слова или сделанного поступка, какими-либо другими сомнениями. Проводница, с незнакомым акцентом, объявляет остановки: «Станция Гудогай», следующая «Вильнюс». Это конечная точка моего пути. Что ждет меня далее? Незнакомая речь, вывески и указатели на чужом языке, все напрягает. На перроне меня встречает двоюродная сестра Татьяна, которая сразу взяла меня под свое «покровительство». Однако посмотреть город, не представилось возможности. Да, я и сам спешил в неизвестность.

Уже утром следующего дня я уже находился в учебном Центре, он же, как оказалось – полевой лагерь в местечке под названием «Побраде». Мне пока это название ни о чем не говорит.

Здесь расположены несколько небольших зданий. Рядом чистая тихая речка. Вокруг учебного Центра хвойные леса, красивая природа. Здесь же, на площадках стоят кабины, покрашенные в темно – зеленый цвет с решетчатыми крыльями. Как оказалось позже, это были мои будущие радиолокаторы, с которыми в дальнейшем прошла моя лейтенантская юность. Вдали видны хозяйственные постройки. Рядом у кромки леса, расположены еще какие – то строения. Как потом оказалось это хутора местных жителей. Конечно, название «хутор» мне хорошо известно. На моей Родине, в Оренбуржье, хутора еще оставались как память вольного Уральского казачества. В последующем, изучив территорию полигона, начал знакомство стоящей здесь техники. Офицеры находящиеся рядом с техникой доброжелательно относились к будущим специалистам. Побывав в кабинах и стационарных сооружениях для радиолокационных станций, я немного усомнился в том, что смогу освоить такую сложную технику. Но возврата назад уже нет.