Амира. Наследники

Вспомнилось, как мы тогда разговаривали на островах. Я была такая маленькая и глупая, позволившая себе мечтать о взрослом парне, который наверняка смотрел на меня, как на ребенка. Зато мне не удалось забыть его за эти пять лет. Мне казалось, что я чертовски смелая, если смогла заговорить с парнем и не рассыпаться по песку мелкой крошкой. Сейчас же, когда я считаю себя на самом деле отважной, раз собираюсь противостоять отцу или мужу в попытке добиться получения образования, схожу с ума от стыда за один только взгляд.

Но какой же это был взгляд! Даже если отец узнает о нем и решит наказать меня, заперев до самого замужества, я все равно не пожалею об этом коротком, на первый взгляд, невинном контакте. Потому что он будоражит, заставляет мою кровь бурлить. Ничто и никто никогда не заставлял меня так чувствовать себя. Пожалуй, после сына Фоули никто.

Малоун.

Красивое имя. Ему оно идет. На первый взгляд, мягкое, но в нем чувствуется стержень, сила. Не в парне – в имени. Парня я совсем не знаю.

Перевернувшись набок, беру с тумбочки планшет и залезаю в интернет.

Хочу прочитать про это имя. Помня о том, что отец периодически проверяет историю моего браузера, предусмотрительно нажимаю на окно инкогнито. Чувствую себя еще более взбудораженной, потому что делаю нечто запретное, за что меня наверняка ждет кара. Прости меня, Всевышний, я слаба.

«Успешный, обладающий природным магнетизмом, – это точно, – амбициозный и целеустремленный». Не знаю почему, но даже эта информация вызывает дрожь по телу.

Я как будто уже знаю этого парня и точно могу сказать, что каждое из этих слов – правда. По крайней мере, про природный магнетизм могу подтвердить с уверенностью. Один взгляд на младшего Фоули – и все, я пропала.

Переворачиваюсь на спину и смотрю на тени, набегающие на белоснежный потолок. Занавеска, танцующая на ветру, выписывает на нем замысловатые узоры, которые я невольно пытаюсь представить в виде каких-нибудь животных. Но получаются только птицы. Вот орел пролетел, а следом за ним, широко распахнув крылья, медленно парит сова.

Снова переворачиваюсь, утыкаясь лицом в подушку. Сна ни в одном глазу. Можно было бы спуститься за теплым молоком, но теперь мне страшно выходить из гарема. Как будто Малоун поджидает меня где-то за углом, чтобы утянуть в пучину пороков и греха. Глупость какая! В конце концов, я в своем доме! Могу ходить там, где хочу! А гостям вообще положено спать в это время. Бросаю взгляд на часы на телефоне. Час ночи.