Израненные души

– И кого, интересно?

– Разве я должен объяснять тебе? Вдруг я напоминаю тебе твоего бывшего одноклассника? Но им я быть не могу хотя бы просто потому, что старше тебя. Сколько тебе? Двадцать шесть? – делаю вид, что гадаю.

– Двадцать семь, – недовольно бурчит она. Видимо, не привыкла, что кто-то угадывает ее возраст. Думаю, ей всегда дают меньше, потому что Фиона маленькая и хрупкая.

– Обычно тебе, наверное, дают меньше.

– Да, редко больше двадцати двух, – встряхнув светлыми волосами, она задирает подбородок.

– Ты и выглядишь моложе.

– Тогда как ты догадался?

– У меня глаз наметан, – вру я.

– Кем ты работаешь? Или у тебя нет работы?

– Если бы ее у меня не было, как бы я оплачивал обслуживание такого дорогого байка? – хмыкаю я.

– Может, ты преступник.

– И ты так просто впустила потенциального преступника в дом своих родителей? Опрометчиво.

– А ты думаешь, почему я не отхожу от этого стола? Видишь подставку с ножами? – она кивает на предмет, стоящий справа за спиной Фионы.

Я широко улыбаюсь. Мне нравится Фиона. Она дерзкая и, кажется, у нее отличное чувство юмора. Совсем не похожа на своих родителей.

– Можешь быть спокойна, потому что я не представляю для тебя угрозу.

– А для мамы?

– Тоже нет.

– Так чем же ты все-таки занимаешься?

– Ремонтом мотоциклов.

– Так ты механик?

– Можно и так сказать, – отвечаю с кривоватой улыбкой. – Мы кофе пить будем?

– Ты еще и наглый, – улыбается Фиона и, отвернувшись, наливает в чашки ароматный напиток.

Ставит их на стол передо мной, добавляет тарелку с печеньем и сахарницу. Усаживается напротив и внимательно смотрит на меня. – И все же почему-то твое лицо кажется мне знакомым, – задумчиво произносит она и делает глоток своего напитка.

Честно признаться, я сам не понимаю, почему не рассказываю ей правду. Может, хочу сначала увидеть реакцию Виктории Майклс. По большому счету, эмоции самой Фионы меня мало волнуют. Хотя, признаться, мне хочется, чтобы она узнала обо мне.

К моменту, когда мы уже наполовину опустошили чашки с кофе, входная дверь открывается и с негромким стуком захлопывается. Мы слышим в прихожей какую-то возню, а потом хозяйка дома появляется на пороге. Заметив меня, Виктория останавливается и внимательно сверлит меня взглядом.

– Мам, тут к тебе мужчина пришел.

– Ко мне? – тихо спрашивает она и, слегка прищурившись, всматривается в мое лицо.

Ну давай же.