Доктор V

Удивить сильнее он бы не смог. Даже если бы сказал, что является космонавтом, работающим на NASA, или что он пришелец. Я прикидываю в голове все, что знаю о нем, и все ситуации, в которых его видела, но не могу сложить все воедино. Нет, он, конечно, со своими татуировками вполне подходит для своего занятия. Но для меня это… непостижимо, что ли. Пока непостижимо. Вероятно, со временем я могла бы привыкнуть к этой мысли.

– Ты не знаешь, что такое БДСМ, Элисон? – врывается он в мои мысли.

– Знаю. Все смотрели…

Винсент закатывает глаза и улыбается.

– Ну конечно. Что еще ты могла бы вспомнить. Но кино и реальная жизнь, как ты знаешь, это словно небо и земля. В кино все смягчено и романтизировано. В жизни же намного более…

– Жестоко? – подсказываю я.

– Ярко, – поправляет, прищурившись. – Когда-нибудь ты сама испытаешь это на себе.

– Ты так в этом уверен, – хмыкаю я.

Винсент подхватывает прядь моих волос и медленно накручивает ее на палец. В его взгляде появляется что-то дикое и необузданное, отчего переворачиваются внутренности.

Он подается немного вперед и шепчет мне на ухо:

– Между болью и удовольствием тонкая грань, Эли. И эта грань и есть само удовольствие.

Он немного болезненно дергает за прядь, но я даже не успеваю скривиться, как моей шеи касаются горячий язык и губы. Я уже практически не чувствую боли на коже головы, мои мысли и чувства сосредоточились на ощущениях на шее. Кажется, никогда еще эта часть тела не была настолько чувствительна к ласке, как в этот момент.

Поцелуи Винсента будоражат сознание, глаза закатываются от удовольствия, и я замираю, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть его. Чтобы это не заканчивалось. Но Винсент и не собирается отстраняться. Его ласки становятся настойчивее, он перемещается на затылок, целуя и облизывая кожу у самого роста волос, а сам тем временем сильнее тянет за прядь. Мне хочется вырвать ее из его цепких пальцев, но я сдерживаюсь, как будто осознаю, что без этого контакта удовольствие будет неполным.

Наконец, он отрывается от моей кожи, и его губы снова находятся в паре миллиметров от моего уха. Горячее дыхание обжигает мою нежную кожу, пока он говорит:

– Вот что такое БДСМ, моя девочка. Это не о цепях и наручниках. Не о плетке и флоггере. Это об удовольствии, замешанном на боли. Адский коктейль, испив который ты уже никогда не станешь прежней.

Этой ночью я мастурбирую, одной рукой схватив себя за волосы, и так сильно тяну, что кожа головы горит.