Учения Кадам

Они собрали всё, приносящее удовольствие – красивых девушек, прекрасную музыку, чтобы Атиша предпочёл остаться дома, а не покинуть его ради монашеской жизни. Я не помню, чтобы читал эту историю в тибетском тексте, но в сборнике жизнеописаний учителей линии преемственности ламрим упомянуто, о чём молились его родители, а также приведена молитва, которую произнёс сам Атиша, когда его родители сделали все эти обширные приготовления, чтобы попытаться удержать его.

Тогда блистательный царевич спросил:

«Кто эти люди, родители?»

«Они твои подданные, царевич,» – отвечали они.

Блистательный царевич продолжил: «Да будет у них столько же заслуг, что и у моих родителей! Да будут они править царствами, полными достатка! Да переродятся они сыновьями царей, и да насытятся святыми и добродетельными деяниями!»

Затем, когда царская процессия благополучно приблизилась к Викрамашила-вихаре, блистательный царевич, сделав простирания перед Тремя Драгоценностями, спел следующую услаждающую слух хвалу:

«Обретя благородное тело человека и все полноценные органы, я буду следовать Трём Драгоценностям!

Я всегда буду помещать Три Драгоценности над своей головой с великой искренностью!

Отныне да будут Три Драгоценности моим Прибежищем!»

Когда царь, царица, министры и монахи услышали эти слова, они пришли в восторг и провозгласили, что царевичу суждено стать великой личностью.

Затем царь, царица и помощники заявили:

«Да сможем мы, накапливая заслуги почитанием и совершением подношений, делать подношения Трём Драгоценностям жизнь за жизнью! И в силу этих заслуг мы молимся о сохранении нашей религии на долгие времена, ради чего будем делать подношения Сангхе! О, да спасёмся мы от страданий, вызываемых омрачениями!»

Когда царевич услышал эти слова, он взглянул на своих родителей и воскликнул: «Да не буду я никогда связан мирскими делами! Да обучат меня святой монашеской жизни и да буду я смиренно поклоняться Трём Драгоценностям! Да возникнет у меня жалость ко всем существам!»

Я не уверен, что «жалость» тут – подходящее слово.

Возможно, «сострадание» было бы лучше.

«Да возникнет у меня сострадание ко всем существам!»

Родители царевича и другие люди, услышав его речи, были изумлены. Это была первая проповедь моего гуру.

Итак, это было первое учение ламы Атиши.

К трёхлетнему возрасту царевич хорошо овладел астрологией, письмом и санскритом. В шесть лет он был способен отличать буддийские учения от небуддийских.