Черный замок над озером

Тот располагался в углу зала, а в центре на круглой эстраде стоял белый рояль, на котором пианист во фраке исполнял регтаймы Скотта Джоплина.

– Помнишь подвальчик на Кадетской линии? – спросил Слава, когда они опустились в мягкие кресла.

Женя пожала плечами.

– Ну тот, где мы с тобой в первый раз были вместе, – уточнил Нильский.

– И что? – буркнула Женя и отвернулась, чтобы не видеть его глаз.

Вскоре пианиста сменил джазовый квинтет. Музыканты исполняли мелодии Гершвина и Эллингтона. Официанты принесли шампанское и закуски.

И вдруг Женя поняла, что не хочет уходить отсюда. То есть не хочет уходить одна. В том смысле, что просто не может вернуться в ту жизнь, где нет Славы. Нильский говорил, она слушала и отвечала. Слава расспрашивал ее о работе и даже предложил ей сменить место.

– У меня теперь большие возможности, – пояснил он, – связи на всех уровнях. Я могу подыскать достойную тебя должность в любой компании с окладом, о котором ты и не мечтаешь.

– Меня пока все устраивает, – ответила тогда Женя, понимая, что Слава не для того пригласил ее в этот ресторан, в зале которого звучит прекрасная музыка, чтобы говорить о ее карьере.

Они выпили уже по паре бокалов шампанского, когда Нильский вдруг сказал:

– У меня все хорошо, но я поспешил с браком.

– Может, поэтому у тебя все хорошо.

Слава нахмурился.

– Я только недавно понял, что это не главное. Главное для меня – ты. Но тебя нет рядом, а потому успех, популярность не имеют никакого значения. Все бы отдал, чтобы вернуться в прошлое, изменить наше настоящее.

Если бы это было возможно, то все было бы иначе. Я бы не расстался с тобой. Поверь, не расставался бы никогда.

– Тогда не было бы этого ресторана, не было популярного ведущего радиоэфира и телешоу. Мы бы сидели на маленькой кухне в съемной квартирке, ели бы дешевые пельмени и мечтали об отпуске в Турции, как о чем-то несбыточном, вроде полета на Луну.

– Пусть, – тряхнул головой Слава. – Для меня было важнее то, что ты рядом, что тебя можно обнять и поцеловать в любой момент…

Вдруг он стал говорить о своем чувстве к ней, которое и не умирало никогда.

Женя попыталась его остановить, но безуспешно. И сразу поняла, даже до того, как попыталась прервать его, что она тоже любит его. Хотя о том, что она любит его, Женя знала всегда. Но только не представляла себе, даже не мечтала о том, что Слава когда-нибудь признается ей в любви снова. Она слушала его голос и чувствовала, что плывет.