Черный замок над озером

Все так просто: Нильский заранее снял номер в отеле, наговорил ей разных слов, а она клюнула. Хотя зачем обманывать себя? Сама мечтала о встрече с ним, ждала его признаний – тех, что Слава произносит по ночам в то время, когда она еще верила всем его словам.

Женя надела платье, взяла в руки туфельки, вышла из спальни, подошла к зеркалу и рукой поправила прическу. Выскользнула из номера босиком, а обулась только перед тем, как войти в лифт. Уже другой худенький мальчик в униформе опустил ее вниз. Перед тем как выйти из кабины, Женя открыла сумочку, достала сторублевку и протянула лифтеру.

– Мерси, мадам, – улыбнулся тот и ловко спрятал купюру в заднем кармане брюк.

Нильский позвонил ей вечером того же дня на мобильный и поинтересовался, когда они встретятся в следующий раз. Женя ответила, что не знает, хотя хотела сказать: «Никогда больше». Слава произнес пару комплиментов, а потом стал врать, что спешит, так как у него вечерний эфир.

Позвонил он через пару недель. Женя отказалась встречаться.

Позвонил на следующий после ее отказа день, и она согласилась. Все было то же самое – только другой ресторан и другой отель.

Потом она перестала отказывать. А порой звонила сама и назначала встречу. Часто это бывало или редко, Женя не хотела даже думать об этом. Каждый раз, расставшись с Нильским, она ругала себя, кляла, зарекалась никогда больше не быть такой податливой, но ничего не могла с собой поделать. Женя любила Славу, и любовь грызла ее изнутри с такой неутолимой яростью, с какой голодная собака расправляется с брошенной ей костью.

Нильский, вероятно, понимал это. Иногда он говорил, что скоро разведется или даже вот-вот готов сделать это. Может, и не врал.

Может быть, в эти минуты Слава действительно думал, что сможет уйти от Лизы. Но проходила ночь, проскакивало утро, шли дни и месяцы, прошли четыре года, а ничего не менялось. Постепенно Женя привыкла к такому положению. И, презирая себя за слабость, спешила на очередную встречу к Нильскому, чтобы потом измученной вернуться домой.

Мама знала об их отношениях. Однажды она даже посоветовала дочке родить от Нильского ребенка. Сказала: если тот и после этого на ней не женится, то и пусть – зато будут ребенок и какая-то цель в жизни.

Но вероятность того, что Женя может забеременеть, пугала Славу не меньше, чем развод с Лизой Гагаузенко. Он соблюдал все меры предосторожности. А другой возможности стать матерью у Жени не было. У нее не было никаких, даже самых мимолетных увлечений.