Лилии полевые. Подвиг

 – Ходил бы ты сам в синагогу слушать Писание!

– Я непременно буду ходить! Раньше я ведь совсем ничего не мог делать, был полным калекой и не мог двигать ни одним членом своего тела! Как же тут было ходить в синагогу!

В этот момент оба собеседника заметили, что несущие больного остановились и положили носилки на землю. Старик приблизился к сыну и с любовью взглянул на его исхудалое лицо.

– Может быть, тебе от тряски стало больно? – ласково обратился он к нему с вопросом.

– Нет, батюшка, тряска не может причинить такой боли, как мысль о грехах.

Иисусу, конечно, нельзя будет исцелить меня, потому что я зол и нечист пред Богом. Несите меня домой, дайте мне умереть спокойно.

– Смотри на меня! – воскликнул в это время Стефан своим ясным, детским голосом, наклоняясь над носилками. – Я – язычник, как назвал меня сейчас твой отец, и все-таки Он меня исцелил! Исцелил Он также нашего соседа Филиппа – слепца, которому за какое-то преступление выжгли глаза. Я не знаю, в чем именно он провинился, но ясно, что он великий грешник, если заслужил такую кару по закону.

А кроме того, Иисус исцеляет множество других больных, и ни один из них не был ни священником, ни раввином, ни фарисеем. Так почему же Он не может исцелить тебя? Ты мало знаешь Его, Он так же милостив к людям… как Отец Небесный милостив к Своим детям. Он любит людей больше, чем мать любит детей своих.

Больной поднял на Стефана свои большие печальные глаза и внезапно спросил:

– Кто ты? Уж не ангел ли ты?

И в самом деле, при лунном свете мальчик, любезно склонившийся над постелью больного, походил на ангела.

– Нет, сын мой, это не ангел, – ответил старик за Стефана. – Он действительно язычник, как он сам говорит, и не знает даже, кто были Авраам, Исаак и Иаков. Ободрись же, дитя мое! Великий Чудотворец исцеляет и не таких грешников, как ты, мой бедный мальчик! Выпей-ка вот глоточек вина, это немного подкрепит тебя.

С этими словами он снял со своего пояса маленький мех с вином и подал его больному.

Вскоре шествие снова возобновилось. Недалеко уже был дом Симона, но чем ближе они подходили к нему, тем яснее для них становилось, что попасть туда будет очень трудно, даже почти совсем невозможно. Им уже встретились по дороге несколько человек, которые горько жаловались на то, что за множеством собравшегося народа нельзя даже увидеть и услышать Иисуса.

– А вдруг в конце всего окажется, что мы только даром тащились сюда? – отчаянно воскликнул старик.